Уголовный кодекс судана

Уголовный кодекс судана

СУДАН, республика Судан. Государство в северо-восточной части Африки. Столица – г.Хартум (3 млн. чел. – 2002). Территория – 2,506 млн. кв. км. Административно-территориальное деление – 26 провинций. Население – 39,15 млн. чел. (2004), примерно 48% — арабы, 30% — племена негроидной расы.

Официальный язык – арабский. Религия – ислам, христианство и традиционные африканские верования. Денежная единица – суданский динар. Национальный праздник – 1 января – День независимости (1956), как государственный праздник с 1989 также отмечается 30 июня – День революции национального спасения.

Континентальное государство, одно из крупнейших по размерам территории в Африке и в мире. Граничит на западе с ЦАР (Центрально-Африканская Республика) и Чадом, на северо-западе – с Ливией, на севере – с Египтом, на востоке – с Эритреей и Эфиопией, на юге – с Кенией, Угандой и ДРК (Демократическая Республика Конго), северо-восточная часть страны омывается водами Красного моря. Длина береговой линии – 853 км.

В VII в. Судан, населенный преимущественно семито-хамитскими племенами, был завоеван арабами. В XVI в. здесь образовались крупные султанаты: Фунг и Дарфурский. В 1820-1840 гг. страна попала под власть Египта. С конца XIX в. Судан фактически был британской колонией, находясь формально (до 1951 г.) под англо-египетским управлением. В 1956 г. Судан провозглашен независимой республикой. В стране началась череда военных переворотов и восстаний (1958, 1964, 1969, 1971, 1985 гг.). Так же часто менялись конституции (1955, 1964, 1971, 1973, 1985 гг.). В 1989 г. в Судане произошел очередной военный переворот, к которому были причастны националистически настроенные мусульманские круги фундаменталистского толка. Власть перешла к Совету командования революции (СКР). Декретами СКР прекращено действие временной Конституции 1985 г., распущены прежние высшие законодательные и исполнительные органы власти, запрещена деятельность всех политических партий, общественных организаций (за исключением религиозных). В октябре 1993 г. СКР принял решение о самороспуске. В начале 1992 г. создан Переходный национальный совет (парламент). В марте 1996 г. состоялись президентские выборы и выборы в парламент — Национальную ассамблею (400 депутатов). Несмотря на это, политический режим в Судане сохраняет авторитарный характер.

Судан – член ООН с 1956, Организации африканского единства (ОАЕ) с 1963, а с 2002 ее преемника – Африканского союза (АС), Движения неприсоединения, Лиги арабских государств (ЛАГ) с 1956, Организации Исламская конференция (ОИК), а также Общего рынка Восточной и Южной Африки (КОМЕСА) с 1994.

Судан — унитарное государство. Административно-территориальное деление — 9 вилайетов (регионов). В 1995 г. было объявлено о переходе к федеративному устройству, в соответствии с которым страна должна делиться на 26 штатов.

Действует Конституция, принятая на референдуме в мае 1998 г. Она провозгласила страну многонациональной, поликонфессиональной федеративной республикой (ст.1, 2). Одновременно закрепляется принадлежность верховной власти в государстве Аллаху, а суверенитета — народу, выступающему выразителем божественной воли (ст.4). Конституция закрепляет все основные демократические права и свободы, в том числе легализует деятельность политических и общественных объединений. По форме правления Судан — суперпрезидентская республика. Политический режим авторитарный.

Законодательная власть принадлежит Национальной ассамблее, 3/4 членов которой избираются путем всеобщих прямых выборов, а 1/4 входит в состав этого органа по корпоративному признаку, представляя профессиональные, научные, женские и иные ассоциации. Срок полномочий Национальной ассамблеи — 4 года. Ее полномочия помимо принятия законов включают изменение Конституции, ратификацию международных договоров, принятие государственного бюджета, а также контроль за действиями исполнительной власти (ст.73).

В перерывах между сессиями Национальной ассамблеи Президент вправе принимать временные декреты, имеющие силу закона, при условии их утверждения на ближайшей сессии парламента (ст.90).

Исполнительная власть осуществляется Президентом и Советом министров. Президент избирается всенародным голосованием на 5 лет. Полномочия Президента включают назначение высших должностных лиц, объявление войны и чрезвычайного положения, утверждение смертных приговоров и освобождение от наказания. Президент лично возглавляет Совет министров, состав которого назначается Президентом (ст.47).

Политические организации. Сложилась многопартийная система (к кон. 2002 зарегистрировано более 30 политических партий). Наиболее влиятельные из них (названия некоторых партий, помимо арабского, даны на английском языке): «Партия национальный конгресс», ПНК (National Congress Party, NCP), президент – Омар Хасан Ахмед аль-Башир (Omar Hassan Ahmad al-Bashir), ген. сек. – Ибрагим Ахмед Омар (Ibrahim Ahmad Umar). Правящая партия, созд. в октябре 1999; «Юнионистско-демократическая партия», ЮДП (Democratic Unionist Party, DUP), лидер – Мухаммед Осман аль-Миргани (Muhammad Osman al-Mirghani), ген. сек. – Шериф Зейн аль-Абдин аль Хинди (Sharif Zein al-Abdin al-Hindi). Основ. в декабре 1967; «Аль-Умма» (Al-Umma Umma Party (UP) – «Нация»), лидер – Садык аль-Махди (Sadiq al-Mahdi), ген. сек. – Омар Нур эд-Даим (Umar Nur аd-Da’im). Исламская партия, созд. в феврале 1945; «Партия справедливости» (Justise Party). Основ. в 2002 группой, вышедшей из ПНК.

Профсоюзные объединения. Федерация рабочих профсоюзов Судана, ФРПС (Sudan Workers Trade Unions Federation, SWTUF). Создана в 1950, объединяет в своих рядах 1,75 млн. членов. Председатель – Мухаммед Осман Джамаа (Muhammad Osman Gama), генеральный секретарь – Юсеф Абу Шамма (Youssef Abu Shamma).

Правовая система. Общая характеристика

Действующая правовая система имеет плюралистический характер. Ядро системы составляют нормы мусульманского права, регулирующие вопросы личного статуса, а также ряд уголовных, уголовно-процессуальных и иных отношений. Второй элемент — английское общее право, нормы которого продолжают играть важную роль также во многих отраслях права (торговое, процессуальное и др.). Такое смешанное право действует на арабском исламизированном Севере. На Юге, где проживают многочисленные народности и племена, находящиеся на разных уровнях развития, главной системой норм является традиционное обычное право.

В XX в. правительство Судана дважды предпринимало попытку коренным образом изменить характер национальной правовой системы.

В период англо-египетского колониального господства здесь было реципировано английское право (при сохранении традиционной сферы регулирования за мусульманским правом). «Общее право» как система действует в Судане с 1889 г. и успело пустить в этой стране глубокие корни.

После получения независимости была предпринята попытка заменить английское «общее право» кодифицированным законодательством. С этой целью в 1971 г. был принят Гражданский кодекс, основу которого составили положения ГК Египта 1949 г. и некоторые нормы гражданских кодексов Ливии, Ирака, Сирии и Кувейта. В след за этим приняты Гражданско-процессуальный кодекс и Кодекс о доказательственном праве и одновременно разрабатывались проекты уголовного и торгового кодексов, которые также должны были заменить действующее в стране английское право. Правительство надеялось тем самым уменьшить пестроту местных законов и ускорить создание в стране единой системы права.

Принятие кодексов, однако, имело целью не только заменить английское прецедентное право кодифицированной системой права, но также повысить роль мусульманских норм за счет ослабления традиционного обычного права. По плану реформы мусульманское право, распространяясь на всю территорию страны, должно было постепенно вытеснить обычное право и сделаться вторым по значению (после кодифицированного законодательства) источником права. Распространению мусульманского права должно было содействовать и то обстоятельство, что многие институты Гражданского кодекса Египта, перешедшие в ГК Судана, испытали сильное влияние правовых норм шариата.

Однако не прошло и 2 лет, как Гражданский кодекс, а за ним и остальные новые кодексы были отменены, и Судан возвратился к положению, существовавшему до 1971 г., при котором английское «общее право» составляет основу системы.

Неудача с реформой права в Судане объясняется прежде всего тем, что переход к кодифицированной системе, представлявшей смесь французской модели права с мусульманским, серьезно нарушил исторически сложившийся в стране механизм действия права, который отражал определенное равновесие между политическими силами различных областей многонационального Судана. Стремление центрального правительства заменить традиционные системы обычного права, с большим упорством отстаиваемые народами Юга страны, только усилило племенной и региональный сепаратизм; этому способствовала и многолетняя гражданская война. Кроме того, ускоренное внедрение права, совершенно чуждого и незнакомого привыкшим к юридической технике «общего права» суданским юристам, вызвало глухое сопротивление со стороны последних, фактически саботировавших применение новых актов. «Наложение» кодифицированного права на прецедентное внесло путаницу в регулирование правовых отношений.

В начале 1980-х гг. в Судане предприняты решительные меры по исламизации правовой системы, законы шариата объявлены обязательными для всего, в том числе немусульманского, населения страны. В 1983 г. вступило в силу новое уголовное законодательство, воспринявшее основные институты мусульманского права. В 1984 г. исламизации подверглось гражданское, торговое и земельное право. В 1985 г. после очередной смены режима правительство аннулировало некоторые части законодательства 1983-1984 гг., что смягчило последствия исламизации. Однако после прихода к власти нынешнего режима в июле 1989 г. курс на нее даже усилился.

Конституция Судана 1998 г. (ст.65) установила, что источниками законодательства должны быть шариат, а также консенсус, выраженный нацией в ходе референдума, в Конституции и обычае. Никакое законодательство не должно приниматься в нарушение этих основных принципов.

Гражданское и смежные с ним

С 1889 г. в Судане стало применяться, в том числе для регулирования гражданско-правовых отношений, английское «общее право». Сфера его действия охватывала большинство институтов гражданского и все торговое право.

В соответствии с формулой применения английского права — права личности по местному обычаю или религиозному праву сохранялись как относящиеся к персональному статусу или религиозным установлениям в вопросах заключения брака, приданого жены, брачного дара мужа, отношений родителей и детей, прекращения брачного союза, наследования и т.д. При этом все споры по вопросам персонального права, возникающие между мусульманами, подлежали рассмотрению местными религиозными судами в соответствии с мусульманским правом.

В 1971 г. была предпринята попытка рецепции французской модели Гражданского кодекса (в его египетском варианте), которая лежит в основе большинства гражданских кодексов арабских стран. Однако уже в 1974 г. Судан официально вернулся к системе «общего права».

В 1984 г. в соответствии с провозглашенным курсом на исламизацию правовой системы отменен ряд актов (Закон о договорах 1974 г., Закон о продаже 1974 г. и Закон о представительстве 1974 г.), представлявших в основном кодификации соответствующих принципов английского права, и принят Закон о гражданских правоотношениях, который воспринял принципы мусульманского обязательственного права. В том же году подписан президентский указ о введении мусульманско-правовых норм, регулирующих вопросы земельной собственности.

Мусульманское право без каких-либо изъятий продолжает регулировать отношения личного статуса и правовое положение вакфов (имущества, выделенного для благотворительных целей). Единое законодательство в сфере семейных отношений отсутствует, но их отдельные стороны регулируются специальными циркулярами Верховного шариатского суда (например, циркуляры от 1915 г. — о возможности развода по решению суда, от 1927 и 1932 гг. — об обязанностях по воспитанию детей, от 1935 г. — о брачном выкупе и др.). У немусульманских общин вопросы личного статуса разрешаются по соответствующему религиозному (каноническому) или обычному праву.

Трудным путем идет развитие суданского трудового законодательства. Правительство проводит репрессивную политику в отношении рабочего движения, опираясь на законы о профсоюзах 1971 г. и о трудовых конфликтах 1966 г., а в части регулирования условий труда действует лишь Закон о рабочей силе 1974 г. После переворота 1989 г. распущены все прежние профсоюзы, запрещены забастовки, за нарушение декретов о труде нового правительства установлена строжайшая уголовная ответственность. В 1989 -1996 гг. запрещены коллективные трудовые соглашения.

Уголовное право и процесс

Уголовное право Судана в ХХ в. проделало сложный и драматический путь. Принятый по образцу английского колониального УК для Индии, Уголовный кодекс Судана 1925 г. действовал около двух десятилетий (после установления независимости в стране); затем его сменил УК 1974 г. Последний в основном построен по модели предшествующего УК, разделов стало на один меньше, изменились диспозиции и санкции некоторых статей Особенной части, но формальное деление кодекса на Общую и Особенную части в нем отсутствует.

В 1983 г. в рамках курса на исламизацию страны введен новый кодекс, воспринявший основные институты мусульманского права. По сравнению с УК 1974 г. он был значительно более суров: повышался срок тюремного заключения, устранены некоторые смягчающие ответственность обстоятельства, за ряд преступлений было предусмотрено применение таких характерных для мусульманского деликтного права мер наказаний, как смертная казнь в качестве кисаса (возмездия), распятие, забивание камнями, отсечение руки и ноги, уплата «выкупа за кровь» (его полный размер равен 100 верблюдам или их стоимости в суданской валюте), наказание плетьми (от 25 до 100 ударов), высылка, наказание по принципу талиона (т.е. путем нанесения виновному того же вреда, который был нанесен им). Уже в 1983 г. появилась информация о приговорах к отсечению руки за кражу, а всего в период до апреля 1985 г. было приведено в исполнение 68 таких приговоров. Кроме того, имелись случаи отсечения руки и ноги за грабеж, а также телесных повреждений по принципу талиона.

За ряд преступлений уголовную ответственность по мусульманскому праву несли и немусульмане (их в Судане насчитывается около 6 млн. человек). Принятие мусульманско-правового по своему характеру уголовного законодательства встретило однозначно негативную реакцию со стороны немусульманского населения Судана, основная часть которого проживает в южных провинциях страны. Некоторые части уголовного законодательства 1983 г. были отменены или фактически приостановлены после свержения в апреле 1985 г. правительства Президента Нимейри. Пришедший к власти в июне 1989 г. режим сразу же объявил о намерении пересмотреть уголовное законодательство 1983 г. Однако новый Уголовный кодекс вступил в силу только в 1991 г. Данный акт отличается тем, что целиком основан на шариате, предусматривает наказания за все три категории преступлений худуд, кисас и тазир. В частности, УК предусматривает такие способы исполнения смертного приговора, как повешение, забивание камнями, лишение жизни по принципу талиона (т.е. таким способом, каким было совершено убийство) и даже распятие.

Помимо случаев, прямо предусмотренных нормами шариата, смертная казнь предусматривается за ряд политических и иных преступлений. В этих случаях она осуществляется через повешение или расстрел.

В контролируемых повстанцами южных районах судьи применяют Уголовный кодекс 1925 г. В других южных районах действует обычное право.

Уголовный процесс в Судане также основан на нормах мусульманского права, закрепленных в УПК 1991 г. Кроме того, действует закон о доказательствах 1993 г. Процессы в регулярных судах номинально отвечают международным стандартам правовых гарантий. Допускается присутствие адвоката. Суд должен назначить адвоката за государственный счет для любого обвиняемого, который не может оплатить услуги адвоката, в случае угрозы смертного приговора. Приговор может быть обжалован в апелляционный суд. Смертные приговоры должны рассматриваться Верховным судом, а также главой государства, который может утвердить их или предоставить помилование. Однако на практике эти гарантии обеспечиваются далеко не всегда.

Дела военнослужащих разбираются военно-полевыми судами, апелляция подается в вышестоящий военный суд. Процессы в военных судах, часто секретные и ускоренные, не обеспечивают даже минимальных гарантий подсудимым. Нередко на таких процессах не разрешается присутствие адвокатов и не обеспечивается возможность обжаловать смертные приговоры. Свидетели допускаются по произвольному усмотрению судей.

Смотрите так же:  Имею ли я право на земельный участок как мать одиночка

В 1989 г. по Закону о специальных судах созданы суды безопасности в составе трех судей для рассмотрения широкого перечня преступлений, включая нарушение конституционных декретов, чрезвычайного законодательства, некоторых статей Уголовного кодекса, а также валютных и наркопреступлений. Специальные суды, в которых заседают как военные, так и гражданские судьи, рассматривают большинство дел, связанных с государственной безопасностью. Адвокаты могут помогать обвиняемым как «друзья суда», но обычно не вправе обращаться к суду. Приговоры этих судов отличаются суровостью и приводятся в исполнение немедленно. Смертные приговоры, однако, отсылаются для проверки председателю Верховного суда и главе государства.

Правительственные силы безопасности регулярно и безнаказанно пытают, избивают, преследуют, произвольно арестовывают и содержат под стражей представителей оппозиции.

Судебная система. Органы контроля

В соответствии с Конституцией судебная власть независима, а судебные органы несут ответственность за осуществление своих функций перед Президентом (ст.99, 100). Судьи обязаны придерживаться принципов верховенства Конституции и закона. Судебную власть возглавляет Верховный судья, который по должности является председателем Верховного суда и Высшего совета магистратуры.

Судебная система включает Верховный суд, апелляционные суды и суды первой инстанции. Все судьи назначаются Президентом. Имеются также специальные суды безопасности, военные суды и племенные суды в сельских районах для разбирательства вопросов по поводу земельных, водных и семейных отношений.

Конституция также предусматривает формирование самостоятельного Конституционного суда, состав которого назначается Президентом с согласия Национальной ассамблеи. Согласно Конституции адвокатура должна играть заметную роль в защите законности и прав граждан. Однако в 1989 г. правительство распустило авторитетную Ассоциацию суданской адвокатуры и переучредило ее уже под правительственным контролем. Членство в Ассоциации является непременным условием допуска к юридической практике.

В роли омбудсмана Судана выступает, согласно Конституции, независимый орган — Совет публичных жалоб и исправительных мер. Председатель и члены Совета назначаются Президентом Республики с одобрения Национальной ассамблеи. Аналогичные органы должны учреждаться также на уровне штатов.

В ее основе политика неприсоединения и нейтралитета. Судан был одним из государств-основателей Организации африканского единства (ОАЕ).

В 1967–1971 активно развивались отношения с СССР и странами Восточной Европы, оказывавшими Судану значительную помощь. Политика президента аль-Нимейри была направлена на укрепление связей с государствами Запада. После военного переворота 1989 установились тесные отношения с Ливией, которая, наряду с Ираком и Китаем, поставляла Судану современные виды вооружения. После сближения в 1991 Судана с Ираном, стоящим на позициях исламского фундаментализма, были свернуты отношения со многими западными и арабскими государствами. Помощь оппозиционным силам Уганды и Эфиопии и поддержка группировок повстанцев Алжира, Йемена, Марокко, Нигерии, Саудовской Аравии, Туниса и Чада привели к осложнениям в отношениях с правительствами перечисленных государств.

Подписание 9 января 2005 в г.Найроби (Кения) мирного договора о всеобъемлющем урегулировании в Судане способствовало нормализации отношений с рядом государств Африки. Восстановлены контакты с США (администрация Вашингтона, открыто обвиняя правительство Судана в поддержке международного терроризма, в августе 1998 санкционировала ракетный удар по фармацевтической фабрике близ Хартума, на которой по ее данным производились компоненты боевых отравляющих веществ).

Дипломатические отношения между Суданом и СССР установлены 5 января 1956. В декабре 1991 Российская Федерация признана правопреемницей СССР. В 1997 страну посетил глава Комитета по геополитике Государственной думы РФ А.Митрофанов. В январе 1998 в Москве заключено межправительственное соглашение о торговле, экономическом и техническом сотрудничестве между РФ и Республикой Судан. Во время визита в Хартум российской парламентской делегации (апрель 1999) подписан меморандум о межпарламентском сотрудничестве двух стран.

В 2002 национальные вооруженные силы насчитывали (в оценках) 117 тыс. чел.: армия – 112,5 тыс. чел., военно-морской флот – 1,5 тыс. чел., военно-воздушные силы – 3 тыс. чел. Действуют также нерегулярные военизированные формирования (силы безопасности, национальная гвардия, пограничные силы) и полувоенные отряды «народной обороны», насчитывающие 7 тыс. постоянных военнослужащих и 85 тыс. резервистов (2002). Служба в армии (3 года) является обязательной для мужчин в возрасте от 18 до 30 лет. Расходы на оборону в 2001 составили 600 млн. долл. США (ок. 3% от ВВП).

Уголовный кодекс судана

Английский, широко распространён также суданский диалект арабского.

644 329 тыс. кв.км и около 620 тыс. кв.км без учёта спорных территорий, преобладающая часть которых фактически контролируется Суданом и Кенией.

Часовой пояс UTC+3. Разница во времени между Южным Суданом и Москвой отсутствует. .

Праздничные и нерабочие дни:

1 января (Новый год),
9 января (День подписания мирного соглашения),
16 мая (День Суданской народно-освободительной армии),
9 июля (День независимости), 30 июля (День мучеников),
25 декабря (Рождество).
Нерабочими также являются дни, на которые приходятся пасхальные и основные мусульманские праздники.

Южносуданский фунт (в 1 фунте 100 пиастров). В обращении находятся банкноты достоинством 5, 10 и 25 пиастров и 1, 5, 10, 25, 50, 100 фунтов, а также монеты 10, 20 и 50 пиастров, 1 и 2 фунта. Национальная валюта стремительно обесценивается. Официальный курс на 28.04.2017 – 116 фунтов за доллар США.

Сезонно влажный субэкваториальный (более засушливый на крайнем севере и юго-востоке), среднемесячные температуры варьируется от 24 до 30ºС, количество осадков – от 700 до 1400 мм (на юго-западе) засушливый период продолжается с ноября по март, сезон дождей – с апреля-мая по октябрь.

Транспортное сообщение с Россией:

Прямые рейсы из России до Южного Судана отсутствуют. Из Москвы до главного международного аэропорта страны в Джубе можно добраться с одной пересадкой только рейсом авиакомпании Fly Dubai.

Требования въезда, пребывания и транзитного проезда

Гражданам России для въезда требуется виза, которую необходимо получать заранее в посольстве Южного Судана, её стоимость – 100 долл. США. Оформление визы в аэропорту не допускается.
Для получения вида на жительство с целью учёбы, работы или иной незапрещённой законом деятельности необходимо лично обращаться в иммиграционное управление Министерства внутренних дел Южного Судана.

Срок действия паспорта должен истекать после предполагаемой даты выезда из Южного Судана.

Особенности въезда через разные пункты пропуска:

Въезд в страну может быть не разрешён по усмотрению сотрудника миграционной службы без объяснения причин.

Спиртное и сигареты. Разрешается ввоз 1 блока сигарет (200 штук); спиртных напитков – не более 2 литров.

Ювелирные украшения и драгоценности. Разрешен ввоз ювелирных изделий в пределах личных потребностей.

Оружие и боеприпасы. Запрещен ввоз оружия, боеприпасов, прицелов или других оптических приспособлений для использования с оружием.

Прочее. Не разрешается ввоз беспилотных летательных аппаратов.

Предметы, запрещенные к ввозу/вывозу:

Запрещены к ввозу/вывозу:
— наркотики;
— порнографические материалы;
— шкуры, перья и/или кости, бивни, рога слонов, носорогов, бегемотов, гепардов, леопардов, львов, крокодилов, панголинов, питонов, страусов, а также изделия из них;
— живые черепахи, птицы, панголины, антилопы, приматы;
— капканы для ловли диких животных;
— психотропные препараты;
— необработанные драгоценные металлы и камни.
В отдельных случаях ввоз возможен при наличии специальных разрешений, оформленных органами власти Южного Судана.

Необходимо иметь сертификат с отметкой о прививке против жёлтой лихорадки.

Для ввоза/вывоза домашних животных необходимо иметь ветеринарное свидетельство, а также сертификат о вакцинации. С учётом непроработанной законодательной базы по этому вопросу рекомендуется не ввозить в страну домашних животных.

Вопросы безопасности путешественника

Террористические атаки или угрозы их совершения в Южном Судане не отмечены. Однако территория страны может использоваться исламистскими экстремистами в качестве одного из маршрутов перемещения из региона Африканского Рога в район Ближнего Востока и наоборот.

Крайне высокий уровень преступности на всей территории страны.

Посещение различных районов страны:

В связи с продолжающимся с декабре 2013 г. внутренним вооружённым конфликтом настоятельно рекомендуется избегать посещения любых районов Южного Судана, кроме столицы Джубы.

В целях безопасности не рекомендуется индивидуальное, не в составе организованной туристической группы, посещение удаленных горных районов республики, а также Гальского района.

Движение правостороннее. Высок уровень дорожно-транспортных происшествий в связи с плохим состоянием дорог, низкой культурой вождения, плохим знанием ПДД, пьянством за рулем.
Следует проявлять особую осторожность при вождении автомобиля в тёмное время суток в связи с отсутствием тротуаров и уличного освещения вдоль дорог.
Рекомендуется исключить поездки на мото-такси из-за высоких криминальных рисков.

Основные виды топлива:

Дизельное топливо и бензин.

Наличие стояночных мест:

В Джубе отсутствуют организованные платные или бесплатные парковки, за исключением прилегающих к отелям участков.

Необходимость уплаты дорожного налога:

Дорожный налог в Южном Судане отсутствует. Платных дорог в настоящее время в стране нет.

Прядок приобретения обязательного страхового полиса:

Приобретение обязательного полиса автогражданской ответственности осуществляется в офисах страховых компаний в столице при предъявлении документа удостоверяющего личность (для иностранцев – паспорта), техпаспорта автотранспортного средства, заявления и чеков об оплате услуги.

Возможность использования национального российского водительского удостоверения:

Национальное водительское удостоверение использовать не разрешается, необходимо получать местное. Возможно использование водительского удостоверения международного образца.

Аренда автотранспортных средств:

Ваши действия в случае ДТП:

В случае ДТП участники должны:
— включить аварийную световую сигнализацию;
— выставить знак аварийной остановки;
— незамедлительно сообщить о ДТП местным властям и дождаться приезда сотрудника дорожной полиции;
— принять необходимые меры для отправки пострадавших в ближайшее медицинское учреждение;
— по возможности обеспечить сохранность автотранспорта, личного имущества и перевозимых грузов.
Почти любое ДТП привлекает толпы людей, при этом возможны проявления агрессии со стороны собравшихся. В таких случаях необходимо не покидать автомобиля, а если позволяет его техническое состояние – направиться к ближайшему полицейскому участку для информирования о ДТП.

Местные законы и обычаи

Устоявшиеся нормы поведения:

Следует избегать любых проявлений неуважения к религиозной и особенно племенной принадлежности южносуданцев, критики в адрес старейшин и высокопоставленных чиновников. Нельзя вступать в полемику с представителями органов правопорядка и иных силовых структур. Категорически запрещается фото- и видеосъёмка мостов, правительственных и армейских зданий, а также иных охраняемых объектов.

Наказания за различные виды преступлений:

Совершённые иностранцами правонарушения в зависимости от степени тяжести могут повлечь за собой выдворение за пределы страны, штраф, задержание, заключение в тюрьму.

Семейное законодательство страны:

Отдельный семейный кодекс отсутствует. Этот вопрос регулируется ст. 15-17 переходной конституции Южного Судана, законом о правах ребёнка 2008 года, уголовным кодексом 2008 года.

Местное законодательство о приобретении иностранцами собственности на территории страны:

Местное законодательство не допускает возможности приобретения иностранцами земельных участков на основе права собственности, но возможна их длительная аренда. Иностранцы вправе приобретать в собственность жилые и нежилые здания и сооружения.

Опасности для здоровья, типичные болезни:

Распространены малярия, тропическая лихорадка, шистосомоз, менингококковый менингит, гепатит А и Е, брюшной тиф, туберкулёз, холера, корь. Регулярно фиксируются заболевания жёлтой и иных разновидностей геморрагических лихорадок. Заболеваемость ВИЧ/СПИД – 2,7%.

Особенности медицинского обслуживания:

Медицинское обслуживание платное. Качество оказываемой медицинской помощи невысокое, отсутствуют многие специалисты.

Перед въездом в Южный Судан обязательно сделать прививку против жёлтой лихорадки, а также рекомендовано – против гепатита и столбняка.

Для иностранцев – платное. Практически все учреждения здравоохранения требуют оплаты своих услуг напрямую от пациента, который затем должен обращаться за возмещением расходов в страховую компанию.

Уголовный кодекс судана

В Судане беременную христианку приговорили к повешению

Пятнадцатого мая Мериам Яхья Ибрагим приговорили к смертной казни через повешение за «вероотступничество» и к порке за «прелюбодеяние». Она является узником совести и осуждена только за свои религиозные убеждения и взгляды .

Мериам Яхья Ибрагим на восьмом месяце беременности и сейчас находится в заключении вместе со своим 20-месячным сыном. Пятнадцатого мая суд Хартума, столицы Судана, вынес ей смертный приговор, после того как она не отреклась от своей религии. Одиннадцатого мая, после того как её признали виновной в «прелюбодеянии» и «вероотступничестве», суд дал ей три дня на то, чтобы отречься от своей религии. Мериам была приговорена к смертной казни через повешение по статье 126 Суданского уголовного кодекса за «вероотступничество» и к 100 ударам плетью по статье 146 за «прелюбодеяние».

Дата казни до сих пор не объявлена. Согласно суданскому Уголовному кодексу, женщина на большом сроке беременности не может быть казнена до того, как родит ребенка и вырастит его до двухлетнего возраста. По словам пресс-секретаря правительства, Мериам Яхья Ибрагим может подать апелляцию на приговор в суд высшей инстанции.

27-летняя Мериам Яхья Ибрагим находится на восьмом месяце беременности

Amnesty International считает смертную казнь в высшей степени жестоким, бесчеловечным и унизительным наказанием и нарушением права на жизнь и выступает против её использования во всех случаях без исключения независимо от характера преступления. При этом наказание поркой нарушает полный запрет на пытки и другие виды жестокого обращения в соответствии с международным правом в области прав человека.

Пожалуйста, как можно скорее, отправьте сообщение на арабском, английском или своём родном языке и:

призовите власти немедленно и безусловно освободить Мериам Яхью, поскольку она является узницей совести, осуждённой исключительно за свои религиозные убеждения и идентичность;

призовите власти отменить статьи 126 и 146, которые предусматривают уголовную ответственность за вероотступничество и прелюбодеяние, в соответствии с обязательствами Судана по международному праву в области прав человека;

призовите власти объявить мораторий на казни в качестве первого шага к отмене смертной казни и отменить наказание поркой плетьми.

Мериам Яхья Ибрагим арестовали и обвинили в «прелюбодеянии» в августе 2013 года, как сообщается, после того как родственник заявил, что она совершила прелюбодеяние, выйдя замуж за христианина из Южного Судана. По законам шариата, который действует в Судане, мусульманке не разрешено выходить замуж не за мусульманина, и такая свадьба считается «прелюбодеянием». Суд добавил обвинение в «вероотступничестве» в феврале 2014 года, когда Мериам заявила, что она христианка, а не мусульманка. По её словам, она была воспитана в православии, религии её матери, потому что её отец, мусульманин, как сообщается, в её детстве отсутствовал.

Суданский уголовный кодекс официально включает в себя законы шариата, в том числе статью 126, в которой говорится следующее: «(1) Тот, кто распространяет отказ от ислама или публично отвергает его на словах или действием, которое на это определенно указывает, совершает преступление Риддат (вероотступничество). (2) Тому, кто совершает вероотступничество, следует предложить раскаяться за время, указанное судом, и если он упорствует в своем вероотступничестве и не был новообращённым, он должен быть наказан смертной казнью. (3) Наказание за вероотступничество отменяется, если вероотступник вернется в ислам перед казнью». Статья 146 «О наказании за прелюбодеяние» гласит, что «(1) Тот, кто совершил прелюбодеяние, должен быть наказан: (а) казнью через побивание камнями, если преступник состоит в браке; (б) сотней ударов плетью, если преступник холост».

С 1991 года, когда был принят этот Уголовный кодекс, в Судане, насколько известно, ни разу не проводились казни за «вероотступничество», но было много случаев, когда эти обвинения были сняты или обвинительный приговор был отменён после возвращения вероотступника в ислам.

Смотрите так же:  Песня пришел приказ слова

В 2013 году в Судане была зафиксирована как минимум 21 казнь. Сообщалось по крайней мере о 29 смертных приговорах, но считается, что реальное количество приговоров больше 100. Суданские власти продолжают применять смертную казнь для притеснения реальных или предполагаемых активистов оппозиционных политических партий. В июле в суданский закон о вооружённых силах были внесены поправки, которые позволили рассматривать дела гражданских лиц в военных судах за различные преступления согласно суданскому своду военных законов от 1991 года, некоторые из которых караются смертной казнью.

За годы работы Amnesty International зафиксировала многочисленные случаи, когда в Судане приговаривали людей к порке плетьми.

Уголовный кодекс судана


Шариатское право в Судане

Из публикаций Музея Сахарова

Для того, чтобы проиллюстрировать суть проблем, описанных выше, и показать, что прежде, чем вводить шариатское уголовное право на практике, его необходимо реформировать, развить и уточнить, я воспользуюсь опытом Судана. Само собой разумеется, что проблемы, схожие с теми, которые возникали в Судане, возникнут везде, где в современных националь ных государствах будет вводиться уголовное шариатское право.

Наиболее значительной датой, связанной с введением в Судане шариатского уголовного права, был сентябрь 1983 г. До этого уголовное право Судана основывалось на британском обычном праве, в том виде, в котором оно было адаптировано в Индии и других британских колониях. Кроме того, как и на протяжении всей суданской истории, во многих частях страны применялось и продолжает применяться местное обычное право.

Развитие права в Судане

Мы располагаем лишь очень незначительной информацией об уголовном судопроизводстве до 19 века, но можно смело предположить, что исторически сложившаяся модель децентрализованной власти в Судане не могла не отразиться и в этой сфере. Огромная территория и недоступность многих частей страны наряду со сложившейся системой организации населения по племенному и этническому принципу всегда способствовали тому, что управление в Судане было децентрализовано и осуществлялось вождями племен и местными правителями. Объединение страны произошло только после 1821 г., когда страна была завоевана турками и египтянами. Интерес (не такой уж большой) турецко-египетских правителей к делам местных жителей не распространялся за пределы больших городов, где действовали турецко-египетские кодексы, к тому времени уже испытавшие значительное влияние европейского права. Подавляющее же большинство суданцев на протяжении всего турецко-египетского периода жило по местному обычному праву, в мусульманских частях страны подвергшемуся воздействию шариата и до некоторой степени модернизированному им.

Хотя уже к началу 15 столетия большинство населения Судана приняло ислам, шариат не применялся там, как единая юридическая система, за исключением, возможно, лишь период 1884-1894 годов, т.е. периода махдистского государства. А до этого периода шариатское уголовное право, если и применялось, то чисто номинально и зачастую с большой поправкой на местные обычаи . Например, за убийство и нанесение тяжких телесных повреждений часто выплачивалась дийя, но условия и размер выплаты определялись скорее местными обычаями, чем шариатом.

Муххадад Ахмед «ал-Махди», («ведомый божественной волей»), начал в 1881 г. религиозно-политическую революцию, целью которой он провозгласил свержение «не-исламского» турецко-египетского режима. В результате ал-Махди и его приемник ал-Халифа (халиф) Абдуллахи постановили строго применять шариат, в том числе и шариатское уголовное право, на всей подконтрольной им территории. Поскольку ал-Махди полагал, что исламская юриспруденция, фикх, исказила и осквернила чистые исходные принципы шариата, махдистская власть запретила все ссылки на исторические школы основоположников исламского права при интерпретации соответствующих текстов Корана и Сунны. Вместо этого, единственным допустимым источником шариата помимо Корана и Сунны стали считаться декреты самого ал-Махди. Хотя считалось, что это был период строгого соблюдения шариата, на самом деле махдистское государство применяло свою собственную версию шариата.

Кроме того, на протяжении короткого периода своего существования, это государство переживало бесконечные внутренние смуты, восстания и гражданскую войну, а также постоянные внешние войны. Поэтому у режима просто не было времени и ресурсов, чтобы развить собственные институты и отладить систему уголовного права. Таким образом, опыт махдистского правления не может быть надежной основой для создания современной системы уголовного права.

Завоевание страны в 1898 г. силами Великобритании и Египта имело целью уничтожение остатков махдистского государства. После короткого периода полевых судов в стране были введены принципы английского «общего права» и основанные на них своды законов, с соответству ющими изменениями, внесенными в них с учетом опыта Индии. В это время колониальные власти готовили местных суданских специалистов с тем, чтобы они со временем заняли места офицеров полиции и судей.

Хотя после первых лет англо-египетского правления действие этих кодексов формально было распространено на всю территорию Судана, на деле они так и не смогли вытеснить традиционное право в сельских районах и в областях проживания кочевых племен . Когда в 20-х годах нашего века в стране была создана «туземная администрация», в определенных рамках уголовная юрисдикция судов вождей племен и местных правителей была признана официально.

Не удивительно, что после того как подобная система, включаю щая элементы традиционного права, была институционально оформлена, объявление в январе 1956 г. политической независимости ничего в этой сфере не изменило. Вскоре после объявления независимости в стране развернулась дискуссия по вопросам о будущем конституционном и правовом строе, но вплоть до 1983 г. никакие реальные шаги в направлении изменения природы и содержания существовавшей ранее правовой системы не делались. Тем не менее корни того, что можно назвать юридическим государственным переворотом 1983 г. следует искать в политичес ких и прочих процессах, которые начались в стране с 1977 г..

Законы 1983 года

Мы не будем рассматривать здесь мотивы и механизм юридического государственного переворота, осуществленного в Судане в 1983 г., который ставил своей целью сделать шариат единственной правовой системой Судана . Нас больше интересуют последствия этого принципиального изменения политического курса для уголовного права Судана. В соответствии с новой политикой тотальной исламизации несколько основных кодексов, такие, как Уголовный кодекс, Уголовно-процессуаль ный кодекс и Закон о правилах дорожного движения были пересмотрены и заново введены в 1983 г. с тем, чтобы новая версия была основана на шариатских принципах. Первый в стране Закон о порядке дачи свидетельских показаний был введен в это же время для того, чтобы укрепить шариатские правила, вводимые в стране вместо общих принципов британского обычного права применительно к порядку дачи показаний.

Конечно, некоторые недоработки того, что принято называть сентябрьскими (1983) законами, можно списать на ту поспешность, с которой они принимались под давлением бывшего президента Джафара Нимейри в еще не сформировавшейся новой политической системе; однако, другие недостатки этих законов отражают главные проблемы применения уголовного права шариата в современных условиях, о которых мы говорили в предыдущих разделах. В предлагаемом ниже кратком критическом обзоре некоторых законов 1983 г. мы будем делать упор именно на эти сущностные недостатки, так как аналогичные проблемы, судя по всему, будут возникать всегда, когда историческое шариатское уголовное право будет вводиться в современных национальных государствах. Уголовно-процес суальный кодекс 1983 г., в котором вкратце упоминалось о шариатских наказаниях за худуд и джинайят , о праве Верховного судьи издавать циркуляры, определяющие, какая из исламских правовых школ будет признана для судов эталонной, а также определялся размер дийя, которая должна выплачиваться за джинайят (убийство или нанесение тяжких телесных повреждений), во всем остальном явился простым воспроизведением прежнего «светского» Уголовно-процессуального кодекса . В новом кодексе никак не рассматриваются те процедурные вопросы, которые возникают в связи с применением шариатского уголовного права в новых условиях. Например, в кодексе никак не регламентируются отношения между частными лицами, имеющими право требовать компенсацию, и государственными властями в случаях джинайят .

Поскольку шариатское уголовное право не развилось в единую систему, весь Уголовный кодекс Судана от 1983 г. был сведен к тому, что в старый Уголовный кодекс были добавлены статьи, определяющие наказание за худуд и джинайят . Принятые прежде принципы общей уголовной ответственности за преступление, совершенное группой лиц, ответствен ности за подстрекательство к совершению преступления и за попытку совершения преступления были оставлены без изменений. Более того, при отсутствии шариатских правовых норм, регулирующих право обвиняемо го на защиту и определяющих условия освобождения от уголовной ответственности, были приняты прежние правила обеспечения защиты и прежний подход к освобождению от уголовной ответственности без учета принципиальных изменений в природе уголовной ответственности в связи с введением наказания за худуд и джинайят, и возникающих в этой связи последствий. Например, уголовная ответственность не изменялась в тех случаях, когда преступление было совершено по принуждению или если жертва была согласна идти на возможный риск.

Когда шариатские принципы были применены к общим принципам уголовной ответственности, они еще больше запутали ситуацию. Например, статья 49 Уголовного кодекса 1983 г. вместо четко определенного прежде минимального возраста уголовной ответственности расплывчато упоминает о «возрасте половой зрелости». Это выражение, которое используется в исторических трактатах шариата, создает определенные проблемы, так как пубертат — это переходный период в становлении организма, а не какой-то конкретный возраст, который суды должны принимать во внимание при определении уголовной ответственности.

Кроме того, когда шариатские принципы были включены в статью 64 Уголовного кодекса 1983 г., определяющую какие именно виды наказания могут налагаться в рамках этого кодекса, возникла недопустимая двусмысленность и зависимость от произвола судей. Например, статья 64(3) гласит, что когда в любом из разделов кодекса встречается выражение «тюремное заключение» без указания конкретного срока, это означает тюремное заключение на любой период, который суд сочтет подходящим в данных условиях. Точно также статья 64(8) гласит, что термин «наказание плетьми», упомянутый в любой из статей кодекса без определения числа ударов, может означать любое число ударов от 25 до 100. Такие широкие полномочия судов при вынесении приговора явно восходят к шариатско му принципу тазир, который вряд ли можно оправдать в современных условиях, так как этот принцип предполагает недопустимо высокую неопределенность и несет в себе угрозу злоупотреблений.

Шариатский подход к карам за убийство также был без предварительной проработки наложен на существовавшие прежде законы об убийстве и о порядке предоставления защиты обвиняемым в этих преступле ниях, что опять таки привело к некоторой двусмысленности. Например, статья 252 гласит, что преступления, называемые в кодексе термином катл амд гхила, точного определения которого кодекс не дает, должны караться смертной казнью. Хотя в исламских трактатах по юриспруденции этим термином пользуются для обозначения отдельных видов убийства с отягощающими обстоятельствами, там также не дается четкого определения того, что именно понимается под этим преступлением. Точно также использование шариатских категорий при определении наказания за убийство дает неожиданные результаты. Например, кодекс признает, что провокация со стороны жертвы или добровольное согласие на смерть может частично служить оправданием и тогда убийство следует рассматривать как полу-убийство (катл шипх амд). Это плохо соотносится с исламским религиозным подходом.

Непроработанность шариатского подхода к хадд хараба или кат ал-тарик также весьма ощутима; это видно из того, что в соответствии с Уголовным кодексом 1983 г., под этот хадд подводятся многочисленные другие преступления. Кроме применения шариатских наказаний за этот хадд по отношению к грабежам и подобным преступлениям, как они определялись предыдущим кодексом, кодекс 1983 г. применяет эти наказания и по отношению к множеству других преступлений, не связанных ни с захватом силой чужой собственности, ни с использованием силы против государства или частных лиц. Возможно, широкое толкование этого хадда связано с представлением о том, что подобное поведение представляет собой «нечестие». Однако, если мы учтем, что наказанием за этот хадд, как сказано в стихе 5:33 Корана, должна быть либо смертная казнь, либо распятие, либо отсечение правой руки и левой ноги (перекрестная ампутация), либо изгнание, станет очевидно, насколько важно максималь но ограничить применение этой статьи . Однако отсутствие четкого определения подобных преступлений в рамках шариата позволяет относить к их числу огромное количество всевозможных правонарушений.

Уголовный кодекс 1983 г. также высвечивает те проблемы, которые возникают в связи с применением худуд к не-мусульманам. Во-первых, шариатское наказание за худуд сарика (кража), кат ал-тарик (грабеж) и казф (недоказанное обвинение в зина, т.е. прелюбодеянии) распространяется на всех преступников, независимо от их веры и религиозной принадлежности. И здесь мы опять возвращаемся к вопросам пенологического обоснования, которых касались ранее в этой главе. Остается вопрос: почему не-мусульмане должны подвергаться строгим и жестоким наказаниям, продиктованным религиозными верованиями мусульман?

Признавая отчасти правомерность таких сомнений, наказание за преступление зина кодекс определяет в зависимости от религиозной принадлежности преступников. В соответствии с шариатским подходом, в статье 318 Уголовного кодекса 1983 г. говорится, что шариатское наказание за зина не будет применяться к лицам, «божественная религия» которых предполагает другое наказание за это преступление. В этом случае преступник будет наказан в соответствии с законами собственной веры. Если же религия преступника не предусматривает наказания за это преступле ние, его нельзя присудить более чем к 8-10 ударам плетьми и штрафу или к тюремному заключению сроком более, чем на 1 год.

Данный раздел вызывает серьезные проблемы. Поскольку в этой статье не дается определения того, что можно считать «божественной религией», встает вопрос: на основании каких критериев можно определить есть ли у преступника эта «божественная религия»? Должен ли на этот вопрос ответить суд, используя собственные (видимо шариатские) критерии определения того, чт.е. «божественная религия», или на этот вопрос может ответить сам преступник, исходя из собственной веры? Точно также непонятно, каким образом на основании «божественной религии» преступника следует определять наказание за зина. Будет ли это наказание определяться шариатским судом на основании, видимо, шариатских источников, или наказание будет определяться религиозными авторитетами собственной «божественной веры» преступника.

Другая проблема возникает, когда кодекс пытается завуалировать шариатскую дискриминацию на основании религии в отношении хадда казф. Согласно юристам-основоположникам, хадд казф имеет место только, если жертва — мусульманин. Бездоказательные обвинения в зина немусульманина может быть наказано на основании тазира, но не как хадд. Основание этого правила шариата — в том, что немусульманин не обладает качеством «ихсан» (моральной чистоты) . Такое обоснование, естественно, оскорбительно для немусульман. И уголовный кодекс при определении казфа в статье 433 не делает различий между мусульманами и немусульманами, но зато делает их в статье 434 при определении наказания. Но дискриминация на основании религии одинаково неконституци онна, относится ли она к определению преступления, или к определению наказания за него.

Неудачная попытка кодекса избежать неконституционности в связи с риддой (отступничеством) приводит к другой неконституционности. Хотя кодекс прямо не определяет наказание за ридду, статья 458(3) говорит, что отсутствие такого определения не исключает применение шариатского наказания за любой хадд. Поскольку ридда — единственный хадд, который прямо не упоминается в кодексе, смысл статьи — дать возможность наказывать за него, не упоминая его имени. Такую интерпретацию и применила подсекция Специального Аппеляционного Суда по уголовным делам, подтвердив смертный приговор за ридду Устазу Махмуду Мохамеду Тахе в январе 1985 г.. Это — прямое нарушения принципа законности, поскольку наказание (и наказание смертной казнью) накладывается за преступление, не определенное в кодексе. Я уже не говорю о том, что такое наказание противоречит основному праву на свободу религии.

Смотрите так же:  Начальник отдела опеки

Можно утверждать и о неконституционности суданского Акта о порядке дачи свидетельских показаний от 1983 г., где вводится шириатская дискриминация на основании религии и пола. Хотя статья 27 акта говорит, что свидетелем может быть любой нормальный человек, который знает относящиеся к делу факты, ряд других статей этого акта фактически отрицают это право для не-мусульман и женщин. Статьи 77 и 78 вводят дискриминацию немусульман и женщин при свидетельстве по делам худуд. Статья 81 гласит, что ни одна статья данного акта не может интерпретироваться так, чтобы она оказалась противоречащей шариату. Так, несмотря на неопределенно-нейтральный текст статьи 27, свидетельские показания оцениваются актом в соответствии с шариатом. Эти проблемы, возникшие в связи с последними реформами в правовой системе Судана, призванными усилить роль шариатских принципов в уголовном праве, будут возникать в любой стране, которая попытается ввести шариатское уголовное право, не решив предварительно те проблемы, о которых мы говорили в этой главе. Было бы полезно также упомянуть о человеческом и политическом измерении суданского опыта. Еще раз следует подчеркнуть, что суданский опыт может служить ясной и четкой иллюстрацией этого человеческого и политического измерения, и что сложившаяся ситуация может быть характерна не только для Судана.

Человеческое и политическое измерения

Шариатское уголовное право было введено в Судане в то время, когда страна переживала острые экономические трудности. Подавляющее большинство населения живет в условиях крайней бедности. Неудивительно, что в этих условиях для многих людей единственно возможным образом жизни становится воровство и совершение иных преступлений против собственности. Не было сделано никаких серьезных попыток удовлетворить экономические потребности этих людей, но создавая соответствующий антураж для введения в действие шариатской системы наказаний, президент Нимейри в сентябре 1983 г. сделал гротескный жест, освободив из тюрем по всему Судану примерно тринадцать тысяч отбывавших заключение преступников. Чтобы помочь этим преступникам (многие из которых были самыми обычными уголовниками и рецидивис тами, проведшими большую часть своей жизни в тюрьме) начать новую честную жизнь, каждому из них при освобождении была вручена сумма, равная минимальной месячной зарплате. Неудивительно поэтому, что некоторые из тех, кого освободили из Центральной тюрьмы в Хартуме, всего через несколько часов были вновь арестованы полицией за совершение новых преступлений. В соответствии с новой системой наказаний некоторые из первых ампутаций рук и ступней за худуд сарика (воровство) и кат ал-тарик (грабеж), были произведены в отношении как раз этих недавно освобожденных лиц.

Кроме того, хотя большинство суданцев номинально являются мусульманами, их обычное поведение с трудом согласуется с религиозными догмами ислама. Многие суданцы-мусульмане имеют обыкновение пить опьяняющие напитки, не слишком обременяя себя размышлениями о том, что шариат это запрещает. Многие бедные женщины даже содержат себя и свои семьи, занимаясь изготовлением и продажей пива и других алкогольных напитков в основных городах страны, включая столицу Хартум. Для просвещения и помощи таким суданцам-мусульманам, ежедневно нарушающим нормы шариата, до введения суровых уголовных наказаний за подобные нарушения не было принято никаких специальных мер. Вследствие этого наказания за худуд применялись в исключительно широких масштабах.

Многие из тех, кто подвергся суровым шариатским наказаниям, были суданскими немусульманами, не признающими религиозного обоснования исламской системы наказаний. Поэтому нет ничего удивитель ного, что некоторые лидеры суданских немусульман выступили с протестами против введения в стране шариатской системы наказаний. Так, в заявлении, подписанном суданскими католическими епископами и руководителями Епископальной церкви, Суданской церкви Христа, Пресвитерианской церкви Судана и Суданского совета церквей, говорилось: «мусульмане должны жить по установлениям своей веры. Но они не имеют никакого права навязывать свои убеждения тем, кто придерживается иных верований». Христианские пастыри возражали «против принудительного распространения исламского шариата на всех граждан, независимо от их веры» и «против провозглашения Судана исламским государством, невзирая на то, что более трети его граждан — немусульмане». И далее в заявлении утверждалось: «политика, которая навязывает единообразие без учета фактического многообразия общества, не ведет к укреплению единства и мира. Путь к единству и миру проходит через понимание, взаимное уважение и диалог» .

Другие суданские немусульмане в негодовании ответили на введение шариата вооруженным восстанием. Такое развитие событий подводит нас к политическим аспектам шариатского курса. Однако для понимания этих аспектов следует обратиться к запутанной проблеме южного Судана.

Существует много причин для конфликта между мусульманским и в известной мере арабизированным северным Суданом и в большинстве своем немусульманским африканским населением южного Судана . Помимо недоверия и враждебности, глубоко укоренившихся в отношениях между двумя частями страны, южные суданцы испытывают недовольство, вызванное политическими и экономическими причинами, — ведь в пропорциональном отношении они ущемлены и в отношении доступа к политической власти и в плане экономического развития. Кроме того, немусульманский южный Судан опасался проведения в жизнь мусульманским севером шариатских законов, поскольку южане понимали, что это нанесет ущерб их основным гражданским правам. Эти и иные причины привели к первому мятежу, поднятому южанами, служившими в суданской армии, накануне получения страной независимости в августе 1955 г. Вскоре этот мятеж превратился в полномасштабную гражданскую войну, продолжав шуюся примерно 17 лет и завершившуюся политическим урегулировани ем, известным под названием Аддис-Абебского соглашения 1972 г., по которому юг получил региональную автономию и гарантии основных прав, закрепленные в Конституции 1973 г.. В результате этого урегулирования южный регион вплоть до начала 80-х годов существовал в условиях относительной политической стабильности и экономического развития.

Несколько акций, осуществленных в конце 1970 — начале 1980-х правительством тогдашнего президента Нимейри, были однако восприняты южными суданцами как свидетельство недобросовестности и стремления лишить их прав, приобретенных по соглашению 1972 г. Опасения южных суданцев подтвердились, когда 5 июня 1983 г. президент Нимейри в нарушение Конституции Судана и Аддис-Абебских соглашений принял решение разделить южный регион на три отдельных региона. Всего через несколько месяцев после этого, в сентябре 1983 г. Нимейри распространил действие законов шариата на всю страну. Это радикальное решение подлило масло в огонь нового мятежа, который к тому моменту уже начался на юге, и страна вновь была ввергнута в широкомасштабную и вызвавшую громадные жертвы гражданскую войну.

Хотя наблюдатели могут расходиться в оценках различных социальных, экономических и политических причин конфликта между севером и югом Судана, все же они не могут не согласиться с тем, что введение шариата стало важнейшей, если не основной причиной нынешней фазы гражданской войны. В любом случае, зрелище ампутаций и других суровых наказаний, применяемых в отношении немусульман, в сочетании с явной дискриминацией на религиозной почве, побуждают суданских немусульман продолжать гражданскую войну.

Наблюдатели также не могут не согласиться, что возобновление гражданской войны в южной части страны усугубило экономические и политические проблемы Судана и способствовало падению бывшего президента Нимейри. Пытаясь достичь нового политического урегулирования конфликта, нынешнее правительство Судана неоднократно обещало отменить законы, введенные в 1983 г. Однако вплоть до настоящего момента ему так и не удалось этого сделать, поскольку перспектива реализации этих обещаний ставит правительство страны перед трудной дилеммой. С одной стороны, электорат основных партий севера требует применения шариата и, либо сохранения в силе законов 1983 г., либо замены их на так называемые замещающие исламские законы . С другой стороны, в какой бы форме шариат ни применялся, его применение будет порождать проблемы конституционного и практического плана. Единственным решением этой дилеммы стали бы ревизия и реформирование принципов шариата как в сфере уголовного права, так и в других сферах с тем, чтобы избавиться от всех конституционных и прочих проблем, порождаемых его применением в современном национальном государстве.

На пути к гуманной и практичной исламской системе уголовного правосудия

Ответственность за недавние злоупотребления в ходе применения исламского уголовного права в таких странах, как Судан, несомненно частично ложится на бессовестных правителей, манипулировавших историческими формулировками шариата в своих собственных политических целях. К несчастью, подобная манипуляция была поддержана исламскими традиционалистами и мусульманскими фундаменталистами, которые из своих собственных соображений заявляли, что шариатское уголовное право пригодно для его немедленного проведения в жизнь. Феномен поспешного и произвольного применения исламского уголовного законодательства может быть лучше всего понят в контексте того, что можно было бы назвать политикой исламизации.

В подавляющем большинстве мусульманских стран мира принципы западного уголовного права пришли на смену шариатскому уголовному праву. Во многих мусульманских странах происходят ожесточенные дебаты относительно будущего их правовых систем и, особенно, уголовно-правовых аспектов этих систем; в таких дебатах друг другу противосто ят сторонники двух моделей. С одной стороны, та часть населения, которая ориентирована на светские ценности, настаивает на том, чтобы продолжать использовать западные принципы, лишь слегка их модифицировав, чтобы они соответствовали местным условиям. С другой стороны, мусульмане традиционалисты и фундаменталисты требуют немедленного и полного применения шариатского уголовного права. К сожалению, ни одна из сторон не проявляет готовности рассмотреть весомые аргументы другой стороны.

Разногласия по вопросу о сущности и содержании уголовного права, конечно, не являются чем-то характерным именно для мусульманских стран и должны разрешаться здесь теми же разумными и демократически ми методами, которых следует придерживаться при урегулировании таких противоречий, где бы они ни возникали. В случае с мусульманской страной, где идут дебаты о применении шариатских уголовных законов, разумный и демократический метод подразумевает учет религиозной природы этих законов. Эта базовая посылка имеет двоякое значение для всех мусульманских стран, в которых проживает немусульманское или ориентированное на светские ценности мусульманское меньшинство. С одной стороны, религиозные мусульмане считают, что шариатское уголовное право имеет обязательный характер в силу того, что оно опирается на авторитет веры, и не нуждается в обосновании какими-либо пенологичес кими аргументами. С другой стороны, поскольку исламский религиозный фактор не имеет значения для немусульман и не воспринимается в качестве неотразимого аргумента светски ориентированными мусульманами, этим группам населения применение шариатского уголовного права необходимо обосновать в приемлемых для них терминах.

Вот почему так важно, чтобы каждая сторона получила полную свободу слова и организации с тем, чтобы на соревновательной основе бороться за общественное одобрение своей позиции прежде, чем в уголовном законодательстве будут произведены радикальные изменения. Такая возможность для проведения свободных и упорядоченных дебатов должна оставаться открытой для продолжающейся реформы уголовного права с тем, чтобы это право отражало подлинный консенсус всего населения.

Хотя судьба каждого предлагаемого изменения уголовного законодательства в соответствии с демократическими принципами в конечном итоге решается в ходе формального законодательного процесса, следует помнить, что демократия не является тиранией большинства. В конституционном государстве любое законодательство, и особенно законодательство уголовное, должно соответствовать конституционным гарантиям основных прав. Например, принципы конституционного правления, объяснение которых содержится в предыдущей главе данной книги, предполагают недопущение дискриминации по таким признакам, как пол или религия. Любое законодательство, содержащее подобные дискриминационные положения или порождающее дискриминацию, будет однозначно неконституционным. Каким бы представительным ни было то или иное большинство, оно не полномочно принимать какое-либо законодательство, предусматривающее дискриминацию по таким параметрам, как пол или религия. Если же такое законодательство принято, оно должно быть аннулировано как неконституционное соответствующим органом и посредством соответствующей процедуры (будь то верховный суд или другой орган), которые предусмотрены для этих целей конституцией каждого государства.

Таковы, с моей точки зрения, те базовые рамки, не нарушая которых должны применяться и проводиться в жизнь уголовные законы, вне зависимости от того, является их основой ислам или нечто другое. Но, поскольку в этой книге рассматривается исламское право, здесь уместно сформулировать некоторые выводы по тем проблематичным аспектам этого права, которые рассматривались в данной главе.

Большая часть моих ответов на вопросы, поставленные в каждом разделе данной главы стала ясна по ходу изложения. Например, дискреционной властью, предусмотренной тазиром, должен обладать нормально функционирующий государственный законодательный орган и она должна реализовываться, не выходя за описанные выше рамки уголовного законодательства. То же самое можно отнести и к вопросам общих принципов уголовной ответственности, доказательности и процедуры. Некоторые проблемы, возникающие вокруг категорий худуд и джинайят , должны быть разрешены аналогичным путем. Что касается применения худуд и кизаса к немусульманам, то здесь я бы предложил, чтобы эти исключительные наказания не применялись в качестве норм общего права без адекватной пенологической проработки этого вопроса, которая оправдывала бы их и сделала бы их приемлемыми для всего населения. Если религиозные мусульмане хотят, чтобы эти наказания применялись без учета религиозной принадлежности преступника или жертвы преступления, они должны убедить немусульман и светски ориентированных мусульман в обществен ной полезности и пенологической оправданности каждого из этих видов наказания. Иными словами, предлагаемое законодательство должно быть поддержано всеми группами населения, включая немусульман и светски ориентированных мусульман, а не просто навязано волей мусульманского большинства. Но даже и в этом случае я полагаю, что применение этих жестких и суровых наказаний возможно лишь при ограничении их абсолютно минимальным числом случаев и после подготовительной стадии, в ходе которой будут созданы экономические, образовательные и другие общие условия, оправдывающие их применение.

Учитывая существующие ныне пенологические и социологичес кие представления, может показаться совершенно невероятной ситуация, при которой немусульмане и мусульмане-секуляристы когда-либо согласятся с наказаниями худуд и кизас. Тем не менее, единственно честным и практически осуществимым подходом является получение согласия этих групп населения на применение вышеназванных наказаний. Как ясно продемонстрировал недавний опыт Судана, введение шариатских наказаний для немусульманских граждан, осуществленное против их воли, является недвусмысленным нарушением их основных прав. Обязанность религиозных мусульман, которые выступают в пользу применения этих наказаний, состоит в том, чтобы убедить немусульман и мусульман-секулярис тов в обоснованности и полезности этих наказаний.

Высказывалось и предложение ограничить круг применения шариатских наказаний мусульманами. Однако такой подход не может быть приемлемым для мусульманского большинства, поскольку он противоречит шариату. Кроме того, как уже объяснялось выше, если применение законов о наказаниях увязывается с религиозной принадлежностью, это вызывает серьезные практические трудности в их повседневном использовании.

Author: admin