Русско китайский договор 1689

Русско китайский договор 1689

Нерчинский договор 1689 года, первый договор, определивший отношения Русского государства с маньчжурской Цинской империей. Заключён 27 августа (6 сентября) после воен. конфликта 1683—1689, вызванного стремлением маньчжурской династии, поработившей в 17 веке китайский народ, к завоеванию освоенного русскими Приамурья. Встретив мужественное сопротивление русских гарнизонов в Албазине и в других острогах (укреплённых пунктах), а также в силу ряда других причин внутреннего и внешнего характера маньчжуры вынуждены были отказаться от широких военных планов и предложить русскому правительству провести переговоры с целью заключить мир и установить границы. Русское правительство, не располагая достаточными воен. силами для обороны Приамурья, стремясь установить постоянные дипломатич. отношения и развивать торговые связи с Китаем, согласилось вступить в мирные переговоры. Переговоры проходили у стен Нерчинского острога в исключительно трудной для русской стороны обстановке. Нерчинск был блокирован маньчжурской армией и флотилией общей численностью 17 тысяч человек, оснащённых артиллерией. В распоряжении рус. посольства было всего лишь 1,5 тысячи человек без достаточного количества боеприпасов и продовольствия. Таким образом, над Нерчинском и самим русским посольством нависла реальная угроза военного нападения и истребления. В осаде находился и Албазин — главный опорный пункт русских в Приамурье. Русское посольство вынуждено было по условиям Нерчинского договора пойти на большие территориальные уступки, оставить обширную территорию Албазинского воеводства. Построенный русскими Албазин подлежал разорению «до основания», при этом представители цинского двора дали устное «клятвенное обязательство» не заселять «албазинские земли». Аргунский острог и другие рус. строения подлежали переносу с правого берега Аргуни на левый. Государственная граница по Нерчинскому договору была крайне неопределённой (кроме участка по реке Аргунь), намечена лишь в общих чертах. Названия рек и гор, служивших географическими ориентирами, не были идентичными в русском, латинском и маньчжурском экземплярах договора, что давало возможность различных их толкования. В момент подписания договора стороны не располагали сколько-нибудь точными картами района размежевания, делимитация (см. Граница государственная) границы была неудовлетворительной, а демаркация её не проводилась вовсе. Размежевание земель близ Охотского побережья откладывалось до более благоприятных времён. При подписании Нерчинского договора обмен картами с нанесённой на них линией прохождения границы между двумя странами произведён не был. Нерчинский договор регулировал также вопросы о мерах борьбы с перебежчиками, о лицах, совершив ших преступления на тер. другой стороны, предусматривал в любых случаях мирное урегулирование погран. споров и устанавливал принцип равноправия торговли для обеих сторон. Это открывало возможности к развитию мирных политич. и торговых отношений России с Цинской империей. В середине 19 века России удалось завершить многолетнюю дипломатич. борьбу и добиться пересмотра условий Нерчинского договора, что нашло отражение в соответствующих статьях Айгунского договора 1858 года и Пекинского русско-китайского договора 1860 года.

Использованы материалы Советской военной энциклопедии в 8-ми томах, том 5: Линия адаптивной радиосвязи – Объектовая ПВО. 688 с., 1978.

НЕРЧИНСКИЙ ДОГОВОР 1689 года — первый договор между Россией и Китаем; разграничил сферы влияния обоих государств в Приамурье; заключён 6. IX окольничим Ф. А. Головиным и китайскими уполномоченными Сонготу и Тунгустаном.

Основание русского города Албазина и обложение налогами (ясаком) приамурских звероловческих племён привели к конфликту между Китаем и Русским государством (см. Албазинский конфликт). Для разрешения конфликта в 1689 году была созвана мирная конференция. Местом встречи с китайскими уполномоченными был назначен Нерчинск; это был первый случай, когда китайское правительство согласилось вести переговоры на чужой территории и вообще вступить в формальное соглашение с иностранной державой.

Китайские уполномоченные — придворный вельможа Сонготу и дядя императора Тунгустан прибыли в Нерчинск 29. VII 1689 года с большим военным эскортом; представитель («большой посол») России Головин приехал 18. VIII; официальная встреча произошла 22. VIII. Большое участие в переговорах принимали находившиеся на китайской службе иезуиты — испанец Перейро и француз Жербильон; переговоры велись на латинском языке, на который переводились как китайские, так и русские речи. Русские предложили установить границу по Амуру; в ответ китайцы потребовали все земли к востоку от Байкала, включая Селегинск и Нерчинск, на том основании, что земли эти будто бы принадлежали Александру Македонскому, наследником которого считал себя китайский император. Затем китайцы снизили свои требования, ограничившись бассейном Амура от устья Аргуни до моря. Это требование они поддержали военной демонстрацией 28. VIII и угрозой возобновления военных действий. 1. IX китайские послы потребовали сверх того всё Охотское побережье до Чукотского мыса, но Головин заявил протест, возложив на китайских уполномоченных ответственность за возможный разрыв. Переговоры возобновились и завершились заключением Нерчинского договора.

По условиям Нерчинского договора граница была проведена на левом берегу Амура по реке Горбица и Становому хребту и на правом берегу по реке Аргуни. Таким образом, всё течение собственно Амура отходило к Китаю; Албазин подлежал срытию.

Несмотря на отказ от Амура, Нерчинский договор представлял большой дипломатический успех русского правительства. Отстоять Приамурье вооружённой силой было фактически невозможно вследствие отдалённости его от центра государства и недостатка наличных сил в Сибири. Между тем Нерчинский договор открывал широкие возможности торговли с Китаем, которыми немедленно до заключении договора воспользовалось русское купечество. Разграничение, намеченное Нерчинским договором, было произведено в конце 1720-х годов Кяхтинским договором 1727 (см.), подтвердившим в основном Нерчинский договор.

Дипломатический словарь. Гл. ред. А. Я. Вышинский и С. А. Лозовский. М., 1948.

НЕРЧИНСКИЙ ДОГОВОР 1689 года — первый договор, определивший отношения Русского государства с маньчжурской Цинской империей. Подписан 27 августа. Необходимость урегулировать вооруженные столкновения русских казаков и крестьян-переселенцев в Приамурье с нападавшими на них и пытавшимися угонять местное население маньчжурскими вооруженными отрядами привела к открытию в августе 1689 года переговоров между русским посольством во главе с Ф. А. Головиным и представителями цинского правительства во главе с Сонготу. Переговоры происходили у стен города Нерчинска, который фактически был осажден вторгшейся в русские пределы маньчжурской армией. Русским представителям были насильственно навязаны территориальные статьи Нерчинского договора, вынудившие русских оставить обширную территорию Албазинского воеводства (ст. 1, 2, 3). Граничная линия по Нерчинскому договору была крайне неопределенной (кроме участка по реке Аргунь), так как названия рек и гор, служивших географическими ориентирами к северу от Амура, не были точны и идентичны в русском, латинском и маньчжурском экземплярах договора; размежевание земель близ охотского побережья вообще откладывалось до более благоприятных времен. Маньчжуры не осуществляли фактического контроля на отошедшей к ним территории. Хотя территориальные статьи Нерчинского договора были крайне неблагоприятны для Русского государства, положения об открытии свободной торговли подданных обоих государств и правилах принятия дипломатических представителей, а также мерах по борьбе с перебежчиками (ст. 4, 5, 6) открывали возможности к развитию мирных политических и торговых отношений России с империей Цин. В середине 19 века России удалось завершить многолетнюю дипломатическую борьбу за пересмотр насильственных условий Нерчинского договора и его практически переставшие действовать статьи были заменены соответствующими статьями Айгунского (1858) и Пекинского (1860) договоров.

В. С. Мясников. Москва.

Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 10. НАХИМСОН — ПЕРГАМ. 1967.

Литература: Русско-китайские отношения 1689-1916 гг. Официальные документы, М., 1958.

Спорные вопросы пограничного размежевания между Россией и Китаем по Нерчинскому договору 1689 г.

Печатный аналог: Артемьев А.Р. Спорные вопросы пограничного размежевания между Россией и Китаем по Нерчинскому договору 1689 г. // Сибирь в XVII–XX веках: Проблемы политической и социальной истории: Бахрушинские чтения 1999–2000 гг.; Межвуз. сб. науч. тр. / Под ред. В. И. Шишкина. Новосиб. гос. ун-т. Новосибирск, 2002. C. 44–52.

29 августа 1689 г. под Нерчинском был подписан первый российско-китайский договор. Трудные переговоры, предшествовавшие его заключению, и значение этого договора для развития отношений между двумя государствами скрупулезно изучены и описаны в монографиях и статьях известных отечественных историков [1]. Некоторые вопросы вызывает только первая статья договора, определяющая географические ориентиры пограничного размежевания между Россией и Китаем в Приамурье.

Как известно, до наших дней в архивах сохранились подлинники договора лишь на маньчжурском и латинском языках. Переданный маньчжурам под Нерчинском оригинал русского текста, очевидно, утрачен и дошел до нас только в копиях и «Статейном списке» русского посла Ф. А. Головина [2]. Наиболее определенные географические привязки к местности, где была проложена граница, содержит маньчжурский текст договора. В его первой статье записано: «Сделать границей реку Горбицу, находящуюся близ реки Черной, именуемой Урум и впадающей с севера в Сахаляньулу. Следуя по склонам достигающего моря каменистого Большого Хингана, где верховья этой реки, все реки и речушки, впадающие в Сахаляньулу с южных склонов хребта, сделать подвластными Китайскому государству, все другие реки и речушки на северной стороне хребта сделать подвластными Русскому государству. Но местности, реки и речушки, находящиеся к югу от реки Уды и к северу от установленного (в качестве границы) Хинганского хребта, временно сделать промежуточными. По возвращении к себе установить, (чтобы) потом внимательно изучить местность либо переговорами через послов, либо посылкой грамот» [3].

Различные точки зрения на обоснованность и точность географических ориентиров намеченной по Нерчинскому договору границы подробно проанализированы в фундаментальной монографии В. С. Мясникова [4]. Большинство отечественных историков полагают, что, согласно этой статье, Россия уступила маньчжурскому Китаю все левобережье Амура от впадающей с севера в р. Шилка речки Горбицы, включая его нижнее течение, где территория южнее р. Уды осталась неразграниченной [5]. Наиболее спорным по-прежнему является вопрос о «восточном» участке этой границы, что, на наш взгляд, связано с несколькими прочно вошедшими в историографию заблуждениями.

Смотрите так же:  Адвокат батыров

Первым таким заблуждением является исходная посылка большинства исследователей: якобы до заключения Нерчинского договора весь Амур, включая его низовья, находился под контролем русских. Это не соответствует действительности. После разгрома отряда О. Степанова 30 июня 1658 г. маньчжурами ниже устья р. Сунгари русские землепроходцы никогда больше не спускались вниз по Амуру дальше его левого притока — р. Буреи. Первый и последний раз на это обстоятельство обратил внимание выдающийся этнограф Б. О. Долгих [6]. Только в середине 70-х гг. XVII в. албазинские казаки приступили к освоению р. Зеи, поставив в 1676 г. на ее притоке — р. Гилюе, ясачное зимовье, а в 1677 г. в верховьях р. Зеи — острог [7]. В 1681 г. из Нерчинска на Зею и Селемджу был послан сын боярский И. М. Милованов, который возвел там вместо смытого рекой новый острог [8]. Верхозейский острог продержался до февраля 1684 г., когда 400 маньчжурских солдат взяли в плен всех его защитников [9]. В июле 1679 г. албазинский приказной Г. Лоншаков отпустил из Албазина на Зею 50 казаков во главе с Г. Фроловым, которые поднялись по ней до р. Селемджи и поставили в ее верховьях Селенбинский острог [10], но уже в конце ноября 1683 г. из-за угрозы захвата маньчжурами казаки покинули его [11]. В 1680 г. по разрешению приказного Албазинского острога Я. Евсеева на Зею ушел отряд из 12 казаков во главе с Г. С. Самойловым (Мыльником). Эти казаки поставили возле устья левого притока Зеи — р. Долонец, Долонский острог, который к июлю 1682 г. был также покинут под давлением маньчжуров [12].

В 1683 г. 32 албазинских казака во главе с Фроловым подали челобитную нерчинскому воеводе Ф. Д. Воейкову с просьбой отпустить их объясачивать неясачных иноземцев на реки Быструю (Бурея) и Хамун (Амгунь). В том же году отряд казаков и промышленных людей (61 чел.) достиг верховьев р. Буреи, волоком перешел на р. Амгунь и основал там при устье ее правого притока — р. Дуки, Дукинское зимовье [13]. Это самое крайнее к востоку от Албазина зимовье просуществовало немногим более года. В июле 1683 г. посланный туда на смену отряд из 66 чел. во главе с Самойловым был пленен маньчжурами ниже устья р. Зеи [14]. Сам Фролов был осажден осенью того же года в Дукинском зимовье нивхами и нанайцами и вынужден был весной уйти с Амгуни через Тугурское зимовье в Якутский острог, поскольку путь в Албазинский острог с р. Буреи по Амуру был перекрыт маньчжурами [15]. Летом 1684 г. маньчжуры при поддержке бурейских тунгусов и амгуньских негидальцев уничтожили Тугурский (Тугирский) острожек и часть из 33 его защитников [16]. Таким образом, ни о каком долговременном присоединении к Русскому государству долины р. Зеи, а тем более низовьев Амура, речи быть не может.

Второй, ошибочной, на наш взгляд, является мысль о том, что восточный участок границы не имел точных географических ориентиров, поскольку этот район не был изучен обеими сторонами. Между тем, есть все основания утверждать, что разграничение территории в низовьях Амура, зафиксированное Нерчинским договором, отразило представления обеих сторон о границе между двумя государствами, сложившиеся в середине 80-х гг. XVII в. Об этом свидетельствует письмо Сабсу, первого цзяньцзюня провинции Хейлунцзян, который был членом маньчжурского посольства, подписавшего Нерчинский договор, и, несомненно, участвовал в его подготовке, приказному Удского острога А. Амосову, доставленное в июле 1686 г. отпущенными из маньчжурского плена казаками И. Томиловым и Г. Петровым якутскому воеводе генералу М. О. Кровкову. В нем р. Уда признавалась русским владением, в отличие от р. Амгунь, и, как свидетельствовали сами казаки, р. Тугир, где маньчжуры захватили в Тугирском зимовье нескольких якутских служилых людей [17]. Эти географические привязки убедительно свидетельствуют, что Селемджинский хребет и его ответвления — Тайканский и Тыльский хребты, были избраны восточной оконечностью русско-китайской границы совершенно осмысленно, а неразграниченной осталась территория между ними и р. Удой.

В 1692 г. из России в Китай была отправлена полуофициальная миссия во главе с датчанином Избрантом Идесом, который в своих записках указал на междуречье р. Тугура и Уды, где находятся упомянутые хребты, как на границу между Сибирью и Китаем [18]. Также возле р. Тугур помещена надпись «Китайская граница» на карте А. Ф. Шестакова 1726 г. [19].

На русских картах XVIII в. восточная оконечность российско-китайской границы обозначена к северу от р. Тугура и ее левых притоков [20]. Как полагал А. Миддендорф, обследовавший течение р. Уды в 1844–1845 гг., это было сделано на основании данных Г. Ф. Миллера, выяснившего столетием раньше, «что живущие по Тугуру китайские тунгусы признают границей реку Торон (Тором), между Тугуром и Удью, в чем согласны с ними и удские тунгусы» [21].

Вопрос о состоянии западного участка российско-китайской границы в Приамурье был поднят в середине XVIII в. Г. Ф. Миллером, который пришел к заключению о якобы имевшем место самовольном перенесении маньчжурами границы с впадающей с севера в Амур р. Амазар на 200 км западнее, то есть на впадающую в р. Шилку реку Горбица [22]. Это мнение без должной критики было воспринято абсолютно незнакомым с ходом Нерчинских переговоров Миддендорфом, который полагал, что «невероятно, чтобы такой малый горный ручей, как Горбица, мог быть избран границей без всякаго особенного побуждения» [23], а затем Х. Трусевичем [24], и бытует в отечественной историографии до сих пор [25], хотя беспристрастные зарубежные исследователи не сомневаются в его ошибочности [26].

Происхождение этой версии таково. В 1735 г. Миллер во главе академического отряда Второй Камчатской экспедиции побывал в Нерчинске, где якобы выяснил, что в районе разграничения существует две р. Горбицы и две реки, которые носят название Урум, или Черная, и являются, согласно тексту нерчинского договора, ориентиром для распознавания Горбицы. Первая из них, по словам Миллера, была Малой Горбицей, которую русские считали границей. Она впадает в р. Шилку на 271 км. ниже Нерчинска, а немного выше, в 239 км. от Нерчинска, также левым притоком является р. Черная. Другая р. Горбица — Большая (по Миллеру), позже якобы названная Амазаром, впадала в Амур значительно восточнее, в 528 км. от Нерчинска [27]. Вблизи нее в Амур впадала р. Уру (в действительности р. Урка), название которой, по мнению Миллера, соответствовало ориентиру, указанному в латинском тексте договора. Кроме того, в последнем было сказано, что р. Горбица впадает не в р. Шилку, а в р. Саха-ляньулу, то есть в Амур. Не сходилось с верховьями р. Малой Горбицы и начало Каменных гор, по хребтам которых, согласно договору, граница шла дальше на восток, в то время как р. Большая Горбица (р. Амазар) берет свое начало в Становом хребте. Именно такое изображение границы Миллер обнаружил и на карте из атласа Дюгальда, которым пользовались входившие в состав маньчжурского посольства на нерчинских переговорах иезуитские миссионеры Жербийон и Перейра. В довершение ко всему, и местные жители сообщили ему, что после заключения Нерчинского договора граница в течение 15–20 лет проходила по р. Большой Горбице, но когда маньчжуры узнали о существовании р. Малой Горбицы, то провели границу по ней. Все это побудило Миллера, который обрел в России вторую родину и ревностно служил ее интересам, заключить, что «пачи Большую, нежели Малую Горбицу за границу почитать можно» [28]. Тем не менее, ни одно из вышеприведенных свидетельств самовольного переноса маньчжурами границы не выдерживает никакой критики.

Начнем с того, что никакой р. Большой Горбицы, которую потом стали называть Амазаром, изначально не существовало. Между тем, сама р. Амазар известна по отпискам русских землепроходцев с первых лет освоения Амура. Именно по р. Амазар сплавлялся на Амур для торговли с даурами князя Лавкая еще до появления там в 1649 г. отряда Е. П. Хабарова казак И. Е. Квашнин [29], а в 1650 г. также по Амазару выплыл на Амур во главе отряда, следовавшего на подмогу Хабарову, И. Е. Кашинец [30].

О том, что граница по Нерчинскому договору была проведена по впадающей с севера в р. Шилку реке Горбице, а никак не по впадающей в Амур р. Амазар, которые разделяет 257 км. пути по воде [31], убедительно свидетельствуют описание хода самих переговоров, содержащееся в «Статейном списке» русского посла окольничего Ф. А. Головина, и некоторые другие источники.

В первый день переговоров 12 (22) августа 1689 г. при обсуждении вопроса о границе Головин предложил провести ее по р. Амур [32]. В ответ маньчжуры, согласно записками Ф. Жербийона — одного из двух монахов-иезуитов, состоявших переводчиками при цинских послах, предложили в качестве рубежа р. Селенгу [33]. Эти предложения не устроили обе стороны, и 13 (23) августа, когда переговоры возобновились, маньчжуры предложили на левой стороне р. Шилки сделать границей Нерчинск, а на правой — р. Онон в месте ее слияния с р. Ингодой [34], которые, собственно, и образуют р. Шилку. Русские послы в ответ на это предложили провести границу по р. Зее, заявив, как уже было показано выше, что землей «по реку Быстрою [р. Бурея. – А. А.] всегда владели люди царского величества но дабы все спокойно жили и миром тешилися «, они готовы уступить [35].

15 (25) августа цинские послы, столкнувшись с твердой позицией Головина, были вынуждены пойти на уступки и предложили проложить границу на левобережье р. Шилки по впадающей в нее с севера днях в 7 пути от Нерчинска р. Черной, а на правобережье снова по р. Онон. Русские послы быстро установили, что Албазин находится «от реки Черные ниже будет ходу дней же 7 или болши», и отказались, поскольку все еще надеялись провести границу по этому острогу, а также из-за невозможности уступить междуречье рек Шилки и Аргуни [36].

Смотрите так же:  Как узнать по инн налоговый вычет

16 (26) августа цинские послы передали через переводчиков-иезуитов новое предложение, по которому границей на левобережье р. Шилки должна была стать впадающая в нее с севера р. Горбица. Нерчинские жители сообщили нашему посольству, что если «река Черная идет в ближней половине меж Нерчинска и Албазина», то «река Горбица идет на половине меж Нерчинска и Албазина» [37]. В действительности, расстояние между Нерчинском и устьем р. Черной составляет по воде 239 км, а от Нерчинска до р. Горбицы — 271 км. Соответственно, расстояние от устья р. Черной до Албазина равняется 469 км, а от р. Гор-бицы до Албазина — 437 км. Таким образом, очевидно, что р. Горбица находится вовсе не на середине пути между Нерчинском и Албазином. Тем не менее, расстояние от Нерчинска до р. Амазар (р. Большая Горбица по Миллеру) составляет 528 км, а от р. Амазар до Албазина — 180 км [38], что уже совсем не соответствует данным «Статейного списка». Еще одним аргументом, свидетельствующим против отождествления р. Урки с р. Черной (по Миллеру), является то, что она впадает в Амур с севера в 15 км к востоку от р. Амазар (р. Большая Горбица по Миллеру). Следовательно, получается, что вместо уступки маньчжурами еще 32 км территории на левобережье р. Шилки русские добились на последнем этапе переговоров, наоборот, передвижения границы еще дальше вглубь русской территории. Кроме того, в ст. 1 русского текста договора, известного только по «Статейному списку Ф. А. Головина», совершенно четко сказано, что р. Горбица впадает в р. Шилку [39], в то время как р. Амазар впадает в р. Амур и уже поэтому никак не может отождествляться с мифической Большой Горбицей.

Совершенно фантастическими выглядят также сведения, якобы полученные Миллером от местных жителей в Нерчинске, о перенесении маньчжурами границы через 15–20 лет после заключения Нерчинского договора 1689 г. Дело в том, что за 9 лет до него по приказу российского посла в Китае графа С. Л. Рагузинского в Нерчинске были опрошены все пожилые люди, включая оставшихся в живых участников обороны Албазина в 1686–1687 гг., и никто из них даже не заикнулся ни о каком переносе границы с р. Горбицы [40]. Между тем, в «Хорографической чертежной книге» 1697–1711 гг. С. У. Ремезова на чертеже «Реки Амур с урочищи. Свидетельство даурскаго полковника Афонасья Иванова сына Байдона» граница проведена именно по р. Горбице [41]. Не доверять в этом вопросе А. Бейтону, возглавлявшему оборону Албазина с июня 1686 г., когда в самом начале осады острога маньчжурами погиб воевода А. Л. Толбузин, до сентября 1689 г., когда он по приказу посла Головина со служилыми людьми разрушил крепость и отправился в Нерчинск, нельзя. Кстати, и на этой, и на последующих картах фигурирует р. Амазар, но пограничной рекой названа именно р. Горбица [42].

И наконец, последним аргументом, свидетельствующим, что граница изначально проходила именно по той р. Горбице, которая называется так до сих пор [43], является документ 1694 г., до сих пор не привлекавший внимания исследователей. Это письмо государственного советника Сонготу, возглавлявшего цинское посольство на нерчинских переговорах, иркутскому воеводе И. П. Гагарину. В нем Сонготу отвечает отказом на требование русских властей о возвращении перебежчиков-монголов, ссылаясь на неразграниченность русской и монгольской территорий, и напоминает ориентиры границы, установленной в 1689 г., из-за которой беглецов возвращают. Так вот, одно из направлений этой границы обозначено так: « в Амур реку с сиверную сторон пали Черная, Урум речки, поблизку есть Горбица река, в межах поставлено у этой реки в вершине есть камень голец» [44]. Эта фраза снимает все вопросы, поскольку есть только одна впадающая с севера в р. Шилку река Горбица, западнее которой в Шилку впадает р. Черная, образованная слиянием рек Белый Урюм и Черный Урюм.

Единственным итогом измышлений Миллера о русско-китайской границе стало ее обозначение по р. Амазар на карте в «Атласе Российской Империи», изданном Российской Академией наук в 1745 г.

Таким образом, представляется несомненным, что русско-китайская граница, установленная по Нерчинскому договору 1689 г., имела в западной части Приамурья весьма четкие географические привязки. Обе стороны также ясно представляли границы своих собственных территорий вблизи Охотского побережья, ввиду чего особо оговорили вопрос о неразграниченной территории, которая тогда еще никому не принадлежала.

ПРИМЕЧАНИЯ

  1. Яковлева П. Т. Первый русско-китайский договор 1689 года. М., 1958; Александров В. А. Россия на дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.). М., 1969; Демидова Н. Ф. Из истории заключения Нерчинского договора 1689 г. // Россия в период реформ Петра I. М., 1973; Мелихов Г. В. Маньчжуры на Северо-Востоке (XVII в.). М., 1974; Мясников В. С. Империя Цин и русское государство в XVII веке. М., 1980; Он же. Договорными статьями утвердили. Дипломатическая история русско-китайской границы XVII–XX вв. М., 1996; Беспрозванных Е. Л. Приамурье в системе русско-китайских отношений. XVII – середина XIX в. М., 1983.
  2. Мясников В. С. Договорными статьями утвердили С. 145, 146.
  3. Там же. С. 147.
  4. Мясников В. С. Договорными статьями утвердили С. 127–143.
  5. Яковлева П. Т. Указ. соч. С. 194; Мясников В. С. Империя Цин и русское государство С. 259; Он же. Договорными статьями утвердили С. 144; Беспрозванных Е. Л. Указ. соч. С. 57.
  6. Долгих Б. О. Родовой и племенной состав народов Сибири. М., 1960. С. 581.
  7. Паршин В. Поездка в Забайкальский край. СПб., 1844. Ч. 2. Приложение. С. 140–142.
  8. Там же. С. 150; Дополнения к актам историческим. СПб., 1859. Т. 7. С. 369.
  9. Александров В. А. Указ. соч. С. 127.
  10. Там же. С. 47.
  11. Дополнения к актам историческим. СПб., 1869. Т. 11. С. 217–221.
  12. Дополнения к актам историческим. СПб., 1865. Т. 9. С. 214; 1872. Т. 12. С. 6.
  13. Там же. 1872. Т. 12. С. 97.
  14. Там же. 1867. Т. 10. С. 234.
  15. Там же. 1872. Т. 12. С. 99.
  16. Бродников А. А. О событиях на Тугуре в 1684 году (из истории русско-тунгусских отношений в Нижнем Приамурье) // Вопросы социально-политической истории Сибири (XVII–XX века). Новосибирск, 1999. С. 13.
  17. Дополнения к актам историческим. СПб., 1867. Т. 10. С. 260.
  18. Идес И., Бранд А. Записки о русском посольстве в Китай (1692–1695). М., 1967. С. 285.
  19. Bagrow L. A History of Russian Cartography up to 1800 / Ed. by H. Castner. Ontario, 1975. fig. 60.
  20. См., напр.: Карта морская меркаторская на части берегов российских камчатских и хинских, к Ламскому или Охотскому морю и Тихому океану прилежащих с положением на ней островов от Камчатки к востоку на Тихом океане разсеянных по разным новым плаваниям изобретенных. 1767 года апреля 26 дня // Архив Приморского филиала РГО, № 8.0.8.371; Генеральная карта Иркутской губернии, содержащая в себе Иркутскую, Якутскую и Удинскую провинции. Соч. Н. Трескот. 1766 г. // РГБ, Отдел картографии, Ко 110/IV–108.
  21. Миддендорф А. Путешествие на север и восток Сибири. СПб., 1860. Ч. 1. Север и восток Сибири в естественно-историческом отношении. С. 167.
  22. Миллер Г. Ф. Изъяснение сумнительств, находящихся при постановлении границ между российским и китайским государствами 7197 (1689) года // Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащие. СПб., 1757.№ 4. С. 312–314.
  23. Миддендорф А. Указ. соч. С. 165.
  24. Трусевич Х. Посольские и торговые сношения России с Китаем (до XIX века). М., 1882. С. 41.
  25. Мясников В. С. Договорными статьями утвердили С. 263.
  26. Есида Киньити. О восточном участке китайско-русской границы по Нерчинскому договору // Современный мир: идеи и общественные процессы. Сборник научно-информационных материалов. М., 1991. Вып. 2. С. 164.
  27. Материалы по исследованию путей сообщения Приамурского края. СПб., 1913. Вып. 2. Поверстная ведомость по водным путям Амурскаго бассейна. С. 197, 565, 569, 590.
  28. Миллер Г. Ф. Указ. соч. С. 308–314.
  29. Дополнения к актам историческим. СПб., 1848. Т. 3. С. 259, 260.
  30. Там же. 1851. Т. 4. С. 94.
  31. Материалы по исследованию путей сообщения С. 197, 565, 569, 590.
  32. Русско-китайские отношения в XVII веке. Материалы и документы. М., 1972. Т. 2. 1686–1691 / Сост. Н. Ф. Демидова, В. С. Мясников. С. 511.
  33. Там же. С. 517.
  34. Там же.
  35. Там же. С. 517, 518.
  36. Русско-китайские отношения в XVII веке С. 524, 525.
  37. Там же. С. 526, 527.
  38. Материалы по исследованию путей сообщения С. 184, 196, 197, 565, 569, 590.
  39. Русско-китайские отношения в XVII веке С. 563; Мясников В. С. Договорными статьями утвердили С. 125.
  40. Русско-китайские отношения в XVIII веке. Материалы и документы. М., 1990. Т. 2. 1725–1727 / Сост. Н. Ф. Демидова, В. С. Мясников, А. И. Тарасова. С. 294–299.
  41. См.: Русско-китайские отношения в XVII веке Вклейка между с. 524, 525.
  42. См., напр.: Чертеж вновь Камчадальския земли // Служебная чертежная книга 1702–1730 гг. РПБ, Эрмитажное собрание, № 237. С. 102.
  43. Исключение составляет выпущенная в 1994 г. федеральной службой геодезии и картографии России карта Читинской области, Агинского и Бурятского автономных округов, подготовленная к печати в 1993 г. Забайкальским аэрогеодезическим предприятием Роскартогеографии, где речка названа Горбичанкой. На всех картах, изданных ранее, она именуется Горбицей.
  44. Дополнения к актам историческим. СПб., 1867. Т. 10. С. 283, 284.

НЕРЧИНСКИЙ ДОГОВОР 1689 ГОДА

НЕРЧИНСКИЙ ДОГОВОР 1689 ГОДА — мир­ный до­го­вор ме­ж­ду Рос­си­ей и Ки­та­ем о гра­ни­цах и ус­ло­ви­ях тор­гов­ли, за­вер­шив­ший русско-китайский во­енный кон­фликт 1682-1689 годов в При­аму­рье (Ал­ба­зи­на обо­ро­на 1680-х годов).

Смотрите так же:  Единовременные пособия при рождении ребенка в 2019 году новосибирск

За­клю­чён в ре­зуль­та­те русско-китайских ди­пло­ма­тических пе­ре­го­во­ров в об­ста­нов­ке бло­ка­ды г. Нер­чинска мань­чжур­ски­ми ар­ми­ей и фло­ти­ли­ей.

Текст Нерчинского договора со­став­лен на русском, латинском (в со­став китайской де­ле­га­ции вхо­ди­ли мис­сио­не­ры-ие­зуи­ты Т. Пе­рей­ра и Ж.Ф. Жер­бий­он) и маньчжурском язы­ках. Ва­ри­ан­ты тек­ста от­ли­ча­лись ко­ли­че­ст­вом ста­тей (в русском и латинском — 6, в маньчжурском — 8) и ре­дак­ци­ей фор­му­ли­ро­вок.

Под­пи­сан в Нер­чин­ске 29 августа имен­но латинский ва­ри­ант до­го­во­ра — с русской сто­ро­ны Ф.А. Го­ло­ви­ным, столь­ни­ком И.Е. Влась­е­вым и дья­ком С. Кор­ниц­ким, с ки­тай­ской — государственным со­вет­ни­ком кн. Сон­го­ту и др.

Нерчинский договор впер­вые ус­та­нав­ли­вал русско-китайскую гра­ни­цу: по р. Гор­би­ца — пра­во­му при­то­ку р. Ку­эн­га (ле­вый при­ток р. Шил­ка) и р. Ар­гунь, за­тем по хреб­ту Ма­лый Хин­ган. Тер­ри­то­рия ме­ж­ду р. Уда и хреб­том Ма­лый Хин­ган ос­та­ва­лась не­раз­гра­ни­чен­ной.

Рос­сия при­ня­ла тре­бо­ва­ния китайской сто­ро­ны срыть ук­ре­п­ле­ния г. Ал­ба­зин и вы­вес­ти его гар­ни­зон, а так­же пе­ре­не­сти Ар­гун­ский ост­рог с пра­во­го на ле­вый бе­рег р. Ар­гунь.

Нерчинский договор про­воз­гла­шал обо­юд­ную сво­бо­ду тор­гов­ли для лиц, имев­ших ох­ран­ные гра­мо­ты. Объ­яв­лял не­мед­лен­ную вы­да­чу пе­ре­беж­чи­ков обе­их сто­рон, кро­ме тех, кто бе­жал до под­пи­са­ния Нерченского договора. Оп­ре­де­лял по­ря­док раз­би­ра­тель­ст­ва пре­сту­п­ле­ний (раз­бой, убий­ст­во и пр.), со­вер­шён­ных на тер­ри­то­рии обо­их го­су­дарств.

По­ло­же­ния Нерчинского договора раз­ви­ты Кях­тин­ским до­го­во­ром 1727 года, Ай­гун­ским до­го­во­ром 1858 года, Тянь­цзинь­ским трак­та­том 1858 года и Пе­кин­ским трак­та­том 1860 года.

Ус­ло­вия Нерчинского дговора пред­по­ла­га­лось на­чер­тать на русском, латинском и маньчжурском язы­ках на специальных кам­нях и ус­та­но­вить их вдоль русско-китайской гра­ни­цы (в русском ва­ри­ан­те этот пункт ос­тав­лял­ся на ус­мот­ре­ние китайской сто­ро­ны).

Исторические ис­точники:

Рус­ско-ки­тай­ские от­но­ше­ния в XVII в. Ма­те­риа­лы и до­ку­мен­ты. М., 1972. Т. 2.

Русско китайский договор 1689

В начале 80х годов XVII в. русская колонизация амурских земель стала сильно беспокоить китайских правителей, что вылилось в затяжной русско-манчжурский конфликт. Центром конфликта стала русская пограничная крепость Албазин. В 1684 г. Албазин был взят китайцами и разорен, но к 1685 г. снова был восстановлен русскими казаками. В августе 1687 г. манчжуры, стоявшие рядом с Албазином отошли, так как получили послание, что русский царь прислал посла. 26 января 1686 г. из Москвы в Приамурье было отправлено посольство во главе с великим и полномочным послом, Брянским наместником, окольничим Федором Алексеевичем Головиным — будущим генерал-адмиралом, сибирским наместником и президентом посольских дел при Петре I. Китайскую делегацию возглавлял придворный чиновник Сангату. Его советниками-консультантами были два иезуита — француз Ф. Жербильон и испанец Ф.Перейра.

Первая встреча состоялась 12 августа 1689 г. между реками Шилкой и Нерчей, официальным языком переговоров был латинский. Головин предложил рубежом считать Амур и все земли к северу за Россией, а к югу — за Китаем. Однако китайская сторона выразила претензии на земли севернее Амура, требовала право на города Албазин, Нерчинск, Селенгинск и всю территорию до озера Байкал. Сангату вполне серьезно заявлял, что Амур считался «владением манчжурской династии от самого царя Александра Македонского».

На второй встрече, состоявшейся 13 августа 1689 года, Головин добился того, что пограничным городом должен был быть Нерчинск. По вопросу о землях до Байкала Головин заявил, «что этого не то что чинить, но и говорить о том не мочно».

Сангату постоянно пытался оказывать влияние на русского дипломата, требовал, чтобы Москва прислала нового посла, однако Головин был непреклонен. В конце концов, не выдержав дипломатических баталий, китайские власти снова прибегли к откровенному военному шантажу: 12-титысячное китайское войско окружило г.Нерчинск. При абсолютно неравных воинских силах Головину пришлось пойти на вынужденные уступки. 22 августа 1689 года он согласился провести границу не у Албазина, а по реке Горбице. Но китайским послам уже было мало даже разорения русской крепости. Теперь они требовали ни больше ни меньше как Охотское море, половину Камчатки и земли на реке Лене, которую они, впрочем, даже не могли найти на географической карте. Объяснив абсурдность китайских требований иезуитам, искусный дипломат Головин склонил их на свою сторону, убедив-таки послов, что их требования явно завышены. В итоге проект договора Ф.А.Головина был принят. Соглашение было закреплено тремя статьями Нерчинского договора. 29 августа 1689 года послы завизировали договор печатями, обменялись экземплярами и 31 августа 1689 года расстались.

Россия уступала Албазин и земли по левую сторону Амура. Граница была проведена по ближайшему к Амуру хребту, идущему параллельно реке, а земли к востоку от реки Зеи в, районе Уди, оставались без разграничения. Это была вынужденная и временная территориальная уступка, граница была установлена лишь ориентировочно и, в дальнейшем, явно предусматривалась борьба за ее пересмотр в пользу России. Невозможно было отстоять поселения на Амуре ИЗ-ЗА НЕРАВНЫХ ВОИНСКИХ СИЛ. В 1858 г. Н.Н.Муравьев — губернатор Восточной Сибири, подписал в г.Айгуне соглашение, по которому к России возвращался левый берег Амура. Договор 1860 г., подписанный в Пекине, закрепил за Россией весь Уссурийский край.

По возвращению в Москву Ф.А.Головин едва не подвергся наказанию, однако впоследствии он был щедро награжден и пожалован сибирским наместником.

М.Соловьёв, историк, биограф Головиных.
(газета «Оппозиция», № 14, июнь 1995 г.)

Русско китайский договор 1689

Нерчинский договор 28 августа 1689 года. Перевод с маньчжурского

НЕРЧИНСКИЙ ДОГОВОР 28 АВГУСТА 1689 ГОДА

( Дата подписания договора, стоящая в латинском и маньчжурском текстах Нерчинского договора, расходится с датировкой русского текста (27 августа). Разнобой в датировке связан, по-видимому, с самой процедурой изготовления и подписания текстов: 27 августа был написан русский текст, 28 августа — два экземпляра договора на латинском и один на маньчжурском языках, 29 августа латинские экземпляры были подписаны обеими сторонами. )

ПЕРЕВОД С МАНЬЧЖУРСКОГО

Посланные по указу премудрого китайского императора для установления границ вельможи — главноначальствующий над императорскими телохранителями, первого старшего класса свитский генерал Сонготу; первого старшего класса свитский генерал и корпусный командир, чиновник первого класса, дядя императора со стороны матери Тунгуве-ган; корпусной командир Лантань; корпусной командир Баньдарша; охраняющий Сахалянь-ула и другие места, командующий войсками Сабсу; начальник знамени Мала; советник Трибунала внешних сношений Уньда и посланный по указу Белого царя Русского государства для установления границ великий посол, окольничий и наместник брянский Федор Алексеевич Головин и другие при личной встрече в 28 год Элхэ-тайфинь, год Желтой змеи, в 24 день 7 луны (28 августа 1689 г.) , собравшись в местности, называемой Нерчинск (Здесь и далее в договоре: Нибчу.) , для того, чтобы обуздать тех, занимающихся охотой подлых людей обоих государств, которые самовольно переходят границу, охотятся, убивают друг друга, совершают насилия, занимаясь гнусными делами; чтобы точно установить границу Китайского и Российского государств, а также, чтобы, законы соединив, осуществить вечный мир, в результате совещания постановили:

(В подлинном тексте нет порядковой нумерации статей.)

Сделать границей реку Горбицу (Здесь в договоре: Гербичи.) , находящуюся близ реки Чорной, именуемой Урум, и впадающей с севера в Сахалянь-улу. Следуя все время по склонам достигающего моря каменистого Большого Хингана, на котором истоки этой реки, все реки и речушки, впадающие в Сахалянь-улу с южных склонов хребта, сделать подвластными Срединному государству, все другие реки и речушки на северной стороне хребта сделать подвластными Русскому государству; только земли, реки и речушки, находящиеся к югу от реки Уди и к северу от установленного [в качестве границы] Хинганского хребта, временно сделать промежуточными.

После того, как послы вернутся в свои государства, точно изучив земли, будут посланы послы для переговоров или грамоты и неутвержденные земли затем снова утвердятся.

Установить границей реку Аргунь, впадающую в Сахалянь-улу. Южный берег сделать подвластным Срединному государству, северный берег утвердить владением Русского государства. Находящиеся в настоящее время на южном берегу близ устья реки Мэйрелкэ русские строения построить на северном берегу.

Город, построенный в настоящее время Русским государством в теперешней местности Якса, полностью разрушить, сравняв с землей. Русских людей, живущих в местах Яксы, и все их имущество перевести обратно во владения Белого царя.

Решительно воспретить охотникам обоих государств переходить границы, установленные настоящим [договором]. Если один-два беспутных человека, самовольно перейдя границу, будут охотиться и разбойничать, то, схватив их, препроводить к чиновникам, управляющим теми местами, а местные чиновники, быстро разобравшись в тяжести проступка, совершенного этими пришедшими людьми, подвергнут [их] строгому наказанию. Если, кроме того, свыше 10 — 15 [человек], соединившись в шайку и взяв воинское оружие, будут охотиться, убивать людей, заниматься насилием и грабежом, то, непременно представив доклады государям, тотчас предать смертной казни. Хотя один или несколько человек совершат что-либо по ошибке, желательно, чтобы оба государства, по-прежнему живя в мире, не начинали войну.

Не подвергать обсуждению прежде имевшие место различные старые дела. Живущих ныне в Срединном государстве русских людей и китайских подданных, находящихся в Русском государстве, оставить там же на жительство.

Оба государства, следуя вечному миру, постановили, что отныне и впредь каждый человек, приезжающий в ту или другую страну, если у него есть проезжая грамота, может вести торговлю.

Со дня клятвы на посольском съезде взаимно не принимать скрывающихся беглецов, схватывать их и выдавать обратно.

Вельможи двух государств встретились и прекратили пограничные ссоры и войны, установили согласие и вечный мир, который впредь не должен нарушаться. Вслед за этим, написав каждому по документу и приложив к ним казенные печати, обменяться ими. Затем, написав на письменности Срединного государства, на письменности Российского государства и на письменности Латинского государства, высечь на камне и поставить на границе двух государств как знак на вечные времена.

Правления Элхэ-тайфинь 28 год, 7 луна 24-е ( 28 августа 1689 г.).

Подписи: Сонготу, Дунгуве-ган, Лантань, Бандарша, Сабсу, Унда, Мала.

Библиографическое описание: Русско-китайские отношения в XVII веке: Материалы и документы.Т. 2. 1686-1691. М., 1972

Author: admin