Пенсия исчезнет на

В Санкт-Петербурге
январь, 21, 2019 год
-20 °C

Н овости партнёров

Какие льготы исчезнут вместе с повышением пенсионного возраста

22/06/2018

Вместе с повышением пенсионного возраста могут отложить и положенные пенсионерам льготы. Эксперты подтверждают, несостоявшиеся пенсионеры потеряют многое.

Пенсия исчезнет на

Федеральное правительство готовится наложить очередной мораторий на накопительные пенсионные отчисления. Эта мера позволит изыскать для бюджета 344 миллиарда рублей. Пока об окончательном решении говорить рано — проект бюджета будет внесен в правительство 8 октября. МОСЛЕНТА разобралась, чем заморозка накоплений грозит москвичам и как она скажется на развитии города.

В России действует смешанная пенсионная система. Государство ежемесячно изымает 22 процента наших доходов для того, чтобы обеспечить пожилым людям достойную старость.

16 процентов зарплаты идут в общий котел пенсионного фонда России — именно из этих денег выплачиваются пенсии нынешним старикам. Эта часть пенсии называется «страховой».

Шесть процентов — это деньги, которые мы откладываем лично для себя, — так называемая «накопительная» пенсия. Эти средства можно оставить в распоряжении государственной управляющей компании, в роли которой выступает ВЭБ, а можно перевести в частный пенсионный фонд.

Пенсионные деньги играют в экономике роль длинных инвестиций

Страховая пенсия не связана напрямую с размером взносов. Скорее, она зависит от стажа работы. Так, московский пенсионер с 15-летним стажем работы не может получать меньше 12 тысяч рублей — таков минимальный размер пенсии по старости в столице.

А вот накопительный взнос — это, фактически, наш личный вклад в собственную старость. И здесь многое зависит не только от размера зарплаты, но и от того, насколько успешно эти деньги будут инвестированы.

На накопительную пенсию имеют право граждане, родившиеся после 1967 года. Те, кто старше, перечисляют все 22 процента зарплаты в качестве страхового взноса в Пенсионный фонд России.

Заморозка накопительных отчислений означает, что те деньги, которые могли бы приносить нам прибыль, останутся в федеральном бюджете. Государство использует их по своему усмотрению, например, на текущие социальные расходы или на финансирование крупных инфраструктурных проектов.

Мораторий на накопительные отчисления действует уже два года и, по оценкам экспертов, скорее всего будет продлен на 2016 год. Те, кто платит накопительные отчисления со своей зарплаты, оказываются в ситуации «упущенной выгоды»: их деньги не будут работать и приносить прибыль.

В проигрыше и сами негосударственные пенсионные фонды, а также управляющие компании, играющие на рынке «пенсионными» деньгами, — они не смогут заработать свои комиссионные.

Сколько теряют москвичи

По словам президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов Константина Угрюмова, доходность средств, вложенных в негосударственные пенсионные фонды, за последние три года составила 20 процентов.

«Люди потеряли реальные деньги. Люди потеряли доход, который за эти три года мог быть начислен, и люди потеряли возможность эти деньги завещать своим правопреемникам. То есть это прямые финансовые потери — упущенная выгода», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

У москвичей, имеющих право на накопительную часть пенсии и определившихся с НПФ, управляющей компанией или расширенным портфелем ВЭБа, потери выше, потому что у них выше зарплата

Всего в системе накопительных пенсий участвуют 28 миллионов человек. Сказать, сколько среди них москвичей, сложно. «Фондов много, и сказать точно, какую долю в их структуре клиентов занимают москвичи, я сказать не могу», — признался Угрюмов

Об этом же говорит советник Угрюмова Валерий Виноградов: «Рассчитать для Москвы количество замороженных средств невозможно, потому что мы не знаем, сколько людей в Москве формируют накопительную пенсию, — такой статистики нет». В целом по стране упущенная выгода за два года составляет 30 миллиардов рублей.

Деньги накопительной пенсионной системы работают в реальной экономике как длинные инвестиции

Между тем, по словам Виноградова, в относительном выражении москвичи теряют на заморозке пенсий больше остальных граждан. «У москвичей, имеющих право на накопительную часть пенсии и определившихся с НПФ, управляющей компанией или расширенным портфелем ВЭБа, потери выше, потому что у них выше зарплата, и те самые шесть процентов, которые должны начисляться на накопительную часть пенсии в объеме выше, чем у остальных людей по стране», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

Пенсии и дорожное строительство

В структуре вложений негосударственных фондов акции составляют не больше трех процентов, рассказал МОСЛЕНТЕ руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития Никита Масленников.

Между тем, доля облигаций, по его словам, достигает 36 процентов. «Надо иметь в виду, что те деньги, которые отчислялись в НПФы, активно вкладывались как раз в бумаги реального сектора. Эти деньги накопительной пенсионной системы работают в реальной экономике как длинные инвестиции», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

Виноградов напоминает, что из 500 миллиардов рублей, поступивших в НПФы в 2015 году (эти взносы были уплачены еще во второй половине 2013 года, до заморозки), почти 200 миллиардов были вложены в реальный сектор экономики — в акции и облигации крупнейших компаний и различные инфраструктурные проекты.

Чтобы и дальше иметь возможность вкладывать деньги в расширение дорожной сети, эти деньги должны прийти в негосударственные пенсионные фонды

Многие из этих проектов имеют прямое отношение к Москве. Так, за счет негосударственных пенсионных фондов активно финансировалось дорожное строительство.

За счет средств НПФ был построен Северный обход Одинцова и стартовый участок скоростной трассы Москва — Санкт-Петербург. Пенсионные деньги планируется привлечь для строительства Центральной кольцевой автодороги.

Сегодняшние пенсионеры в накопительной системе пенсий не участвуют

«Сейчас принято решение об участии через управляющую компанию «Лидер» в строительстве дублера Кутузовского проспекта. Этот проект уже в стадии реализации», — рассказал МОСЛЕНТЕ Виноградов.

Он отметил, что заморозка пенсионных накоплений в перспективе может привести к проблемам с финансированием этих проектов. «Чтобы и дальше иметь возможность вкладывать деньги в расширение дорожной сети, эти деньги должны прийти в негосударственные пенсионные фонды», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

Между тем, председатель комиссии Московской городской думы по социальной политике и трудовым отношениям Михаил Антонцев скептически относится к роли НПФов в финансировании масштабных региональных проектов.

«Что такое частные накопительные пенсионные фонды? Это те фонды, которым люди отдали свои накопления и которые пытаются использовать эти деньги еще более эффективно, чем государственная система. Где они их будут использовать: в Москве, Тюмени или Салехарде — это уже их решение», — сказал МОСЛЕНТЕ депутат.

Он не отрицает, что Москве нужны «длинные деньги», но в вопросе заморозки накоплений скорее солидаризируется с социальным блоком правительства: «Если решение принимается на федеральном уровне, значит оно взвешенное».

Пенсии к 2030 году могут исчезнуть

Минфин рассказал об опасностях отказа от проведения пенсионной реформы.

В рамках беседы с журналистами министр финансов Антон Силуанов заявил, что без проведения пенсионной реформы размер пенсий в России сильно сократится уже через 12 лет.

По словам министра, в 2018 году средняя пенсия россиян составляет 33% от уровня заработной платы. Но если не увеличить пенсионный возраст, пенсия будет стремительно уменьшаться.

«Если мы ничего не будем делать, то просто количество работающих граждан и количество пенсионеров будет таково, что доли, которую отчисляют за работников предприниматели, просто не хватит, для того чтобы заплатить достойную пенсию. Вот эти 33 процента — это будет 20 процентов в 2030 году», — пояснил Силуанов.

Задача членов Правительства РФ — поднять уровень пенсий до 40% от зарплаты.

Антон Силуанов подчеркнул, если не проводить пенсионную реформу, к 2030 году на одного пенсионера будет приходиться только один работник. Сейчас на одного пенсионера приходятся два работника.

Что сказал Володин о полной отмене пенсий

Что хорошо умеют некоторые журналисты на информационном безрыбье, так это выдергивать отдельные фразы из контекста и выдавать сенсационные заголовки на пустом месте.

Чего уже только ни понаписали наши работники пера — «Володин не исключил отмену государственных пенсий», «Спикер Госдумы предупредил о возможности отмены пенсий в России», «Володин не исключил, что государственные пенсии исчезнут из-за дефицита бюджета», «Володин намекнул на исчезновение пенсий», «Пенсии в России могут исчезнуть» и так далее.

Основываясь на выдернутой из ответа цитате Володина на встрече с избирателями.

Хотя, если внимательно послушать, о чем говорил спикер Госдумы (а есть и видео), даже не особо разбирающемуся в теме человеку будет понятно, что речь была абсолютно о другом.

Что никто никакие пенсии отменять не собирается.

Более того, он говорил о том, что депутаты уже в первом чтении рассмотрели Конвенцию МОТ, предполагающую увеличение размера государственных пенсий до 40 процентов от заработка (сейчас этот показатель существенно меньше).

Вот что должно измениться в сознании журналистов и редакторов, пропускающих такие заголовки и статьи (а у нас ведь очень многие дальше заголовков и не читают), что бы российская журналистика вызывала уважение, что бы политику, который не прячется за спинами подчиненных, ведет открытый диалог с теми, кто его избрал, честно отвечает на самые сложные вопросы, не приписывали того, о чем он в принципе не говорил?

Пенсии: Медведев превратит Россию в Украину

Повышение возрастного порога закончится оттоком трудоспособного населения

8 мая, едва Госдума проголосовала за утверждение Дмитрия Медведева в должности премьера (374 депутата «за», 56 «против»), глава правительства заявил о необходимости увеличения пенсионного возраста.

«Нам нужно принимать решения. Прежние рамки пенсионного возраста принимались очень давно. Средняя продолжительность жизни в тот период была в районе 40 лет, и с тех пор жизнь в стране изменилась — изменилась, безусловно, в лучшую сторону. У нас изменились и условия, и возможности, и желание людей трудиться, и период активной жизни, поэтому решение принимать необходимо, но, конечно, принимать аккуратно, взвешенно», — сказал Медведев, отвечая на вопрос главы думского комитета по соцполитике от ЛДПР Ярослава Нилова.

Медведев пообещал, что правительство внесет в Госдуму в ближайшее время предложения по этому поводу. Надо думать, речь идет о воплощении в жизнь идей главы Центра стратегических разработок (ЦСР) Алексея Кудрина. Он, напомним, предлагает повысить пенсионный возраст до 63 лет для женщин и до 65 лет для мужчин — причем постепенно, завершив реформу ее к 2034 году. Рубежная точка выбрана осознанно: по прогнозам, если все оставить, как есть, к этому времени число работающих и пенсионеров сравняется, и нагрузка на бюджет станет запредельной.

С точки зрения власти, эта нагрузка уже избыточная. В бюджете Пенсионного фонда зияет преогромная дыра. Трансферт в ПФР из федерального бюджета на ближайшие три года остается на уровне 2 трлн. рублей в год, а сам Пенсионный фонд покрывает страховыми взносами расходы на выплату страховых пенсий лишь на 2/3.

На карте города появится элитный курорт — вместо школ, поликлиник и дорог

Согласно кудринским расчетам, за счет увеличения трудового стажа размер пенсии можно увеличить на треть. Но можно не увеличивать, или даже плавно уменьшить — и тогда дыра в ПФР, к великому облегчению российских властей, исчезнет сама собой.

Правда, эксперты уже сейчас предупреждают: повышение пенсионного возраста непосредственно связано с количеством рабочих мест, и может привести к повышению безработицы. Причем это ударит не по старшему поколению, а отразится в основном на молодых специалистах, которые только будут приходить на рынок труда.

Смотрите так же:  Образец заявления ознакомлении материалами дела

У кабмина может возникнуть и другой соблазн: ради экономии пересмотреть размеры выплат отдельным категориям получателей — например, работающим пенсионерам или даже военным пенсионерам. Первый шаг в этом направлении уже сделан: в сентябре 2017 года тогдашний глава Минфина Антон Силуанов заявил на заседании Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений, что в 2018 году пенсии работающих пенсионеров не будут индексироваться. Как уточнили тогда «Ведомости» со ссылкой на макропрогноз Минэкономики, благодаря этому сокращение пенсий в реальном выражении достигнет 0,7% в 2018 году, и 0,6% в 2019 и 2020 годах.

При этом, похоже, никого в правительстве не волнует, что российские пенсионеры остаются одной из групп населения с повышенным риском бедности. 54% из них не хватает денег на еду и одежду, 12% — даже на продовольствие. Источником дополнительных доходов примерно для 20% получателей пенсий является продолжение работы, еще 7% имеют подсобное хозяйство или оказывают мелкие услуги.

Но, видимо, для власти обирать беднейших куда проще, чем прижимать к ногтю жирующие полугосударственные монополии.

— По теории обязательного социального страхования пенсионная система должна быть автономной и самофинансируемой, — отмечает доктор экономических наук, профессор Академии труда и социальных отношений Андрей Гудков. — Для выстраивания такой системы существуют так называемые формулы актуарного расчета пенсий и страховых взносов. Так что все проблемы, которые сегодня испытывает наша система, имеют один главный источник. Это решение Кудрина о снижении ставки тарифа страховых взносов в ПРФ, которое он продавил в нулевые годы. Напомню, когда эта ставка составляла 29%, Пенсионный фонд не нуждался во вливаниях из госбюджета.

Не буду подробно рассказывать, как именно снижалась ставка. Но именно нынешний тариф в 22%, плюс ряд льгот по нему (например, для территорий опережающего развития) и привели к тому, что возникла нужда в трансфертах.

Замечу, если разобраться в вопросе, то окажется: в ПФР нет дефицита в 2 трлн. рублей в год. Дефицит в реальности укладывается в 200 млрд. рублей, и элементарно устраняется установкой адекватной ставки тарифа.

«СП»: — Какую ставку можно считать адекватной?

— По расчетам Минтруда, адекватная ставка страхового тарифа для настоящего времени — 26%. Но эту тему власти табуировали: она не обсуждается. Одна только Федерация независимых профсоюзов России позволяет себе ставить вопрос, что ставка тарифов страховых взносов в ПФР является заниженной. Но ее голос предпочитают не слышать.

На деле, отправной точкой в вычислении адекватной ставки служит конвенция Международной организации труда № 102 «О минимальных нормах социального обеспечения». Там сказано, если у работника 30 лет трудового стажа, он имеет право на пенсию в размере 40% от средней заработной платы.

Замечу, в Европе эта норма подтверждена Европейской социальной хартией, которая прилагается к Европейскому социальному кодексу. В ней рекомендованный коэффициент замещения (отношения средней пенсии к средней заработной плате) еще выше — 50%. И худо-бедно в ЕС эта планка выдерживается.

«СП»: — Почему в России не получается сделать пенсионную систему как в Европе?

— Потому что у нас система гендерно неуравновешенная — она дисбалансирована с точки зрения половой дифференциации. Женщины в России получают на треть меньшую пенсию, но живут на пенсии дольше, чем мужчины, в 3,5 раза.

Именно поэтому меры, которые предлагает Кудрин — повышение возраста выхода на пенсию и для мужчин, и для женщин — совершенно неадекватны ситуации.

Нам, я считаю, стоило бы посмотреть, что происходит с пенсионной системой на Украине. Там наблюдаются те же проблемы, включая гендерную неуравновешенность. Так вот, «незалежная» сейчас повышает пенсионный возраст — но в первую очередь для женщин, постепенно, с 55 до 58 лет. Это в целом более правильный шаг, чем инициатива главы ЦСР.

«СП»: — И что получила в результате Украина?

— «Незалежная» стала крупнейшим в Европе экспортером рабочей силы. Экспорт идет в двух направлениях — на Восток и на Запад. Но больше всего украинцев, конечно, едут работать в Россию.

Все просто: если повышается пенсионный возраст, увеличивается предложение на рынке труда. Из-за этого возникает тенденция к падению заработной платы и росту безработицы. И рядовой украинец говорит себе: зачем мне такая радость, я ведь могут работать не только в Киеве, но и в Москве или Варшаве. И голосует ногами.

Сегодня на Украине — на работающих еще предприятиях — повсеместно висят объявления: требуются работники. Но свободных рук нет. При том, что на Украине эти руки считались высококвалифицированными, а где-нибудь в Польше они собирают клубнику.

Главное следствие такой ситуации для государства — где бы ни работал этот гастарбайтер- украинец, он не платит страховые взносы в украинский Пенсионный фонд. И это только усугубляет ситуацию с финансированием фонда.

Да, гастарбайтеры улучшают платежный баланс страны, поскольку отсылают деньги семьям на родину. Причем шлют они больше денег, чем если бы работали на территории Украины. Но эти средства не облагаются ни подоходным налогом, ни страховыми взносами. Что-то получить с этих денег бюджет может только через НДС.

Почему, называя потенциальных вице-премьеров, Медведев не упомянул несколько фамилий

«СП»: — Если в России повысят пенсионный возраст, ситуация будет развиваться по модели Украины?

— Конечно. Россия уже сегодня становится страной гастарбайтеров. Едут работать не только к нам — из РФ на заработки уезжает немало народу. В Америке, в связи с якобы «русским следом» в выборах Дональда Трампа, недавно подсчитали: на территории США работают 5 млн. русских. Согласитесь, это впечатляющая цифра. А ведь есть и другие страны, куда массово уезжают работать наши соотечественники: Германия, республики Прибалтики, государства Скандинавии.

Если мы будем повышать пенсионный возраст, стимулы россиян к отъезду за границу также будут увеличиваться. В итоге, доходы бюджета РФ только пострадают.

Откровения вице-премьера Силуанова: зря на нас народ обижается

Беспорядки в Париже набирают новую силу под звуки взрывов

У Пекина лопнуло терпение из-за американских угроз и он решил сказать свое веское слово

Речь Володина об отмене пенсий похожа на «денег нет, но вы держитесь»

Власти надо срочно менять аргументы проведения пенсионной реформы, иначе ее ждет обрушение рейтинга. Так политологи отреагировали на заявление спикера Госдумы Вячеслава Володина о том, что в России могут исчезнуть «государственные пенсии». Он произнес эти слова на встрече с жителями Саратова. Одна из женщин, пришедших на встречу, пожаловалась, что в случае повышения пенсионного возраста ни она, ни люди ее возраста до пенсии просто не доживут. Зал поддержал ее аплодисментами.

Володин вначале пошутил, что для увеличения срока жизни есть спортплощадки. Потом сослался на то, что уже сейчас на одного работающего приходится один пенсионер (эти данные привел губернатор Саратовской области Валерий Радаев). Затем спикер Госдумы и вовсе сгустил краски: «Будут у нас дальше государственные пенсии или нет — это тоже вопрос, потому что бюджет стал дефицитным». После этого СМИ начали активно писать о том, что спикер Госдумы «не исключил отмену государственных пенсий».

Слова Володина вряд ли являются намеренным вбросом со стороны властей, считает директор Института прикладных политических исследований Григорий Добромелов. «Это ни зондаж почвы, ни попытка понять реакцию населения. Отмена пенсии в ближайшие десятилетия невозможна в силу большого количества причин. Другое дело, что Володин мог иметь в виду, что существующая пенсионная система неэффективна. И если она не будет реформирована, то люди действительно останутся без пенсий», — рассказал политолог «URA.RU».

Схожие аргументы несколько недель назад в своей речи использовал и президент Владимир Путин, замечает исполнительный директор фонда Института социально-экономических и политических исследований (ИСЭПИ) Александр Пожалов. «Я не вижу принципиальной содержательной разницы между процитированными словами Володина, которые СМИ вырвали из общего контекста разговора, и аргументами Путина в ходе беседы с волонтерами в Калининграде. Оба описывали объективные доводы экономистов по поводу того, какие долгосрочные вызовы для пенсионной системы существуют, если ничего не предпринимать», — рассказал он «URA.RU».

По его словам, разница лишь в интерпретации журналистов. Из слов Путина они предпочли выделить, что «реформа президенту не нравится», а из слов Володина — «стремление отменить пенсии».

О том, что спикер Госдумы пытался объяснить пенсионную реформу, следуя логике либеральных инициаторов реформы, ссылаясь на цифры и показатели, говорит и политолог Максим Жаров.

«Однако скандал показал, что такие реплики только обостряют возмущение людей. Ситуация наглядно продемонстрировала, что нужно срочно менять всю аргументацию пенсионной реформы, которая транслируется на ТВ через депутатов, экспертов, министров», — рассказал он «URA.RU».

Россияне раздраженно воспринимают аргументы властей, потому что повышение пенсионного возраста стало для них полной неожиданностью. Ведь до этого никакой разъяснительной работы просто не велось, объясняет Пожалов. «Поэтому сейчас логические аргументы не понятны ни эмоционально (ведь параллельно новостная повестка сформирована сообщениями о просьбах крупного бизнеса оказать ему помощь из-за западных санкций), ни рационально (ведь в последние годы население с телеэкранов убеждали в том, что санкции сделали нас только сильнее)», — говорил политолог.

Из-за этого разъяснение, которое дал Володин, может вызвать «социальный дефолт» власти, говорит Жаров. Он сравнил заявление Володина с известной фразой Медведева: «Денег нет, но вы держитесь» (фраза премьер-министра Дмитрия Медведева, которую он произнес в 2016 году в ответ на жалобы крымских пенсионеров на низкие пенсии — прим. ред). Эта фраза стала мемом и подорвала доверие к главе правительства. «Заявление Володина также стало быстро распространяться. Сторонникам спикера придется хорошо поработать, чтобы устранить негативные последствия. В ином случае этот инцидент скажется на рейтингах власти, Госдумы и самого Володина», — резюмировал политолог.

На россиян надвигается радикальный пенсионный эксперимент

Пенсия граждан России «худеет» на глазах: уменьшается её отношение к сред­ней зарплате, к прожиточному минимуму

За достойную пенсию и достойную старость. / Фото ТАСС

В июле Минфин направил в Пра­вительство России доработанную концепцию ИПК (индивидуального пенсионного капитала), согласован­ную с Банком России и Минэконом­развития. Об этом сообщила пресс-служба финансового ведомства. Но представитель министерства не уточнил, устранены ли разногласия по концепции с со­циальным блоком Правительства. Уже осенью, сказал председатель Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, соответ­ствующий законопроект планирует­ся внести в Государственную Думу.

Очарованные иллюзией

Пенсия россиян «худеет» на глазах: уменьшается её отношение к сред­ней зарплате, к прожиточному мини­муму. Но ждать перемен к лучшему придется долго. Согласно варианту целевого прогноза Минэкономраз­вития до 2035 года, в ближайшие 20 лет реального роста пенсий в России не будет. Это оптимистический про­гноз. Есть более негативный: к этому времени пенсии вообще могут исчез­нуть, а нуждающиеся пенсионеры будут получать государственные пособия. Это вполне возможный и да­же не худший вариант, считает рек­тор Академии народного хозяйства и государственной службы Владимир Мау.

Кстати, отношение средней пен­сии к средней зарплате (так назы­ваемый коэффициент замещения) снизится с 34,7 процента в 2016 году до 32,2 в 2019-м. А Конвенция Международной организации тру­да (МОТ), принятая ещё в 1952 году, рекомендует, что этот коэффициент должен быть не менее 40 процентов. По оценке председателя совета Центра стратегических разработок Алексея Кудрина, в 2025 году этот показатель снизится до 28 процентов. Это, впрочем, не критич­но. Россия не присоединилась к Кон­венции МОТ и придумала свой соци­альный барометр — прожиточный минимум для всех и прожиточный минимум для пенсионеров (ПМП). В этом году он составит около девяти тысяч рублей. Так что всегда легко отчитать­ся: с 2005 года пенсия по старости обгоняет ПМП. Правда, её отноше­ние к минимуму за три года снизит­ся с 1,61 до 1,42.

Смотрите так же:  Когда подорожал транспортный налог

Такой курс прописан в бюдже­те Пенсионного фонда России на 2017-2019 годы. За это время номи­нальный размер пенсии увеличится на 11,3 процента (до 14 008 рублей), а инфляция — на 14,7. В прежних до­кументах (программа развития пен­сионной системы 2012 года и «Ос­новные направления деятельности Правительства» 2013 года) планиро­валось довести среднее ветеранское довольствие к 2019 году до 2,5-3 прожиточных минимумов. Позже этот показатель исчез из офици­альных бумаг, но недавно вновь по­явился. Но цель в 2,5-3 ПМП пере­несена на 2030 год.

В очередном международном «пенсионном» рейтинге Россия ока­залась на 40-м месте из 43 стран, опередив лишь Бразилию, Индию, Грецию. Председатель Комитета Госдумы по труду, социальной по­литике и делам ветеранов Ярослав Нилов в принципе согласился с вы­водами «Глобального пенсионного индекса»: «Не знаю, насколько точ­но распределяли в рейтинге места, но, к сожалению, положение наших ветеранов безрадостно, и не будем на зеркало пенять».

Согласно варианту целевого прогноза Минэкономразвития до 2035 года, в ближайшие 20 лет реального роста пенсий в России не будет.

Социологические опросы рос­сиян тоже малоутешительны. Их страшит неизвестность — непре­рывная чехарда с пенсиями и пен­сионной системой. За последнюю четверть века Россия пережила шесть пенсионных реформ. Много­кратно изменялись размеры стра­ховых взносов, механизмы их сбо­ра. Только в 2015 году заработала балльная формула, закрепленная тремя новыми законами, а уже в мае 2016 года министр финансов Антон Силуанов заявил о её неиз­бежной перестройке.

Его заместитель Алексей Мо­исеев вскоре рассказал, как ми­нистерство вместе с Центральным Банком, специалистами МВФ и Всемирного банка разрабатывают новую модель пенсионного обеспечения. Процесс, как повторял родоначальник наших перестроек Ми­хаил Горбачев, пошёл. И пошёл с курьерской скоростью. За образец, по словам Моисеева, взяты системы Австралии и Новой Зеландии. Пере­ориентация с родного континента на далекий неведомый — свидетель­ство бесплодности партнёрства с ближними соседями. Новых пар­тнёров, как нельзя кстати, предло­жили международные финансовые гиганты МВФ и ВБ, очарованные удачной, на их взгляд, заменой страховой системы на накопитель­ную. Цель грядущей пенсионной реформы по сценарию Минфина и Центробанка — сформировать в России альтернативную, или скром­нее — вторую, пенсию через систему индивидуального пенсионного капитала.

Бюджет не может обеспечить части наших граждан ту пенсию, которую они хотели бы иметь. По­лучаемые ими средства позволяют только выживать. Но у россиян есть ещё ресурсы, которые они могут вложить в будущее. Уникальность нашего пенсионного ИПК в том, что вашими деньгами будут заниматься профессионалы — соблазняет пер­вый зампред ЦБ Сергей Швецов, словно забыв, что эти профес­сионалы уже управляют — и весьма неудачно — средствами ветеранов.

ИСТОРИЯ С ГЕОГРАФИЕЙ

Сопредседатель экономического клуба имени Шарапова, доктор экономических наук Валентин Ка­тасонов рассказал изданию, что эта «уникальность» с длинной боро­дой — ей за двести лет:

— В Англии в начале XIX века в разгар промышленной революции появилась большая армия наём­ных рабочих. Банки придумали, как можно снять с них свою прибыль и предложили отчислять часть зарпла­ты на специальный счет. Его владе­лец лет через 30-40, закончив рабо­ту, будет жить за счёт накопившихся средств и процентов на них. Так по­явилась первая пенсионная услуга — прообраз пенсионной пенсии.

Самая молодая из финансовых систем — пенсионная. По инициати­ве легендарного канцлера Бисмар­ка в Германии в конце XIX века был принят Пакт поколений. Его суть: все работающие немцы отчисляют часть своих доходов в специальный фонд и «кормят» ветеранов. Так на­чала формироваться первая в мире обязательная государственная стра­ховая система. Ей, а её называют солидарной, распределительной, уже около 130 лет. Государство под­держивает фонд серьёзными дота­циями, что сохраняет надёжность и стабильность обеспечения ветера­нов даже после воссоединения двух Германий. Страховой тариф сейчас 19 процентов, выплачивают его по­ровну работник и предприятие.

Действует и частная система, тоже поддерживаемая государством. Европейцы завидуют устойчивости и эффективности страховой системы Германии, хотя у немцев не самые высокие пенсии. Расчётная средняя пенсия — 1230 евро, а реальные — да­же меньше. Немало граждан получа­ют 700-800 евро, что ниже среднего достатка. Но Германия действитель­но социальное государство, которое никого не оставляет на произвол судьбы, она на третьем месте в мире по благополучию пожилых людей.

В очередном международном «пенсионном» рейтинге Россия оказалась на 40-м месте из 43 стран, опередив лишь Бразилию, Индию, Грецию.

Опыт немцев в той или иной мере заимствовало большинство европейских государств. Среди них и Великобритания, шагнув­шая далеко вперёд со времен про­мышленной революции. У неё одна из старейших пенсионных систем мира — действует с 1908 года, пре­терпев немало изменений. Каждая из европейских стран выстраивает своё пенсионное обеспечение с учётом национальных, экономических, организационных, демографических особенностей и традиций. Общее для них — многофункциональность. Основа — государственное обяза­тельное страхование, охватываю­щее до 90 процентов населения. Доля обязательного распредели­тельного обеспечения — до 70 про­центов пенсии по старости и свыше 40 процентов замещения прежней зарплаты. Её дополняют корпора­тивные (профессиональные), индивидуальные накопительные пенсии.

У каждой из европейских пен­сионных систем свои особенности, свои источники финансирования… и свои проблемы. В эти нелегкие для экономики времена правитель­ства всех государств пытаются как-то урезать социальные и, в частности, пенсионные расходы. Эти инициативы встречают массовый, организованный профсоюзами от­пор — массы солидарно отстаива­ют святая святых, свой достаток в старости. Основные политические партии вынуждены считаться со своим главным избирателем.

Срочная переориентация

Россия стремительно копирова­ла опыт европейских пенсионных схем, пытаясь найти те, вписавшись в которые, удастся получить быстрый и сильный эффект. Если не догнать, то хотя бы приблизиться по обеспечению ветеранов.

Но чужие одежды редко бывают впору — то жмут, то провисают. Тем более что, копируя европейские си­стемы, мы не стремились наполнить их европейским содержанием. И по­лучилось — те же формы, но внутри пусто. Жизнь россиян немного ко­роче и труднее, чем у европейцев. В монографии «Пенсионные систе­мы и пенсионные реформы» автора-составителя доктора экономических наук Оксаны Дмитриевой есть та­блица «Пенсии по старости и соци­альные пенсии в процентах от ВВП». Этот показатель у Австрии — 12, Бельгии — 8,1, Венгрии — 9,1, Герма­нии — 9,1, Греции — 10,9, Италии — 13, Франции — 12,3, Польши — 10,8, Пор­тугалии — 10,6, США — 6,1, Японии — 10,4, Норвегии -7,1. У России — 7,8 процента ВВП.

Получается, тратим на ветера­нов больше, чем другие страны, но обеспечиваем их гораздо хуже. Объяснение этому одно — неэффек­тивная организация всей системы пенсионного обеспечения. По сути своей — это сообщающиеся сосуды, сколько в один нальётся, столько из другого и выльется. Если четверть века государство упорно и последовательно перекрывает финансо­вые источники Пенсионного фонда России (ПФР), сокращает страховой тариф, предоставляет многочис­ленные льготы по его уплате тер­риториям, отраслям, компаниям, не борется с теневой экономикой, то он неизбежно становится дефи­цитным.

Пенсия россиян «худеет» на глазах / Фото ТАСС

Например: в 2003 году шесть процентов страховых сборов отда­ли на формирование накопитель­ной системы, в 2005 году сразу на восемь процентов снизили страхо­вой тариф. Значит, у 32 миллионов ветеранов отняли 14 процентов казны, из которой финансировали их довольствие. Государству при­шлось срочно перечислить ПФР полтриллиона рублей. С тех пор и перечисляет безостановочно. В про­шлом году трансферт составил уже три триллиона. Этой цифрой опе­рируют экономический блок Пра­вительства и Центробанк, убеждая: так жить дальше нельзя. При всей бухгалтерской точности расчета он — обман, страшилка для обще­ства. В действительности огромный дефицит пенсионного бюджета соз­дан самим Правительством.

Почему же нашим и мэвээфовским финансистам по сердцу при­шлась именно австралийская мо­дель? Она значительно дешевле европейских — затраты на неё все­го около пяти процентов ВВП. При этом Австралия входит в число 12 стран, где лучше всех живётся по­жилым людям. В стране две пенсии: государственная (оплачивается из бюджета страны и предоставляется всем гражданам, достигшим 65-лет­него возраста, не имеющим суще­ственного дохода, собственности) и частная, обязательная накопитель­ная. Тариф — 18 процентов месячно­го дохода. Его пополам оплачивают работник и предприятие.

Финансовый блок российского Пра­вительства активно добивается на­чала реформирования пенсионной системы уже с будущего года. Объ­ясняется это тем, что без реформы ПФР превратится в черную дыру федерального бюджета. С такой оценкой не согласен министр Мак­сим Топилин. В интервью телека­налу РБК в феврале этого года он обосновал свое мнение.

«Говорить о дефицитности пенсионной системы большая ошибка. Она дефицитна только из-за наших решений, — зая­вил он. — Иными словами — её дефи­цит рукотворный. И обусловлен он не тем, что пенсионеров больше, чем работников, демографией, а создан исключительно принимаемыми за­конами. Пенсионную систему впол­не обеспечивают страховые взносы. Если убрать все трансферты, не связанные с выплатой пенсии, все трансферты по льготам, то никаких дотаций и не потребуется. Если бы не принимали решения о льготных ставках, о валоризации (надбавках советским пенсионерам), льготным размерам выплат отдельным ка­тегориям граждан, вывели бы досрочные пенсии из системы обяза­тельного пенсионного обеспечения, не потребовались бы и трансферты. В страховой системе в принципе не должно быть никаких льгот»…

Удивительна откровенность ми­нистра, которого нередко критику­ют за неэффективность и несбалансированность пенсионной системы.

«ПФР зачастую выполняет не свои функции: администрирует ма­теринским капиталом, различными региональными выплатами к пенси­ям, софинансированием региональ­ных программ по строительству социальных учреждений. На все это нужны дополнительные деньги, — отметил Максим Топилин в том же интервью. — Государство разрешает некоторым работодателям платить во внебюджетные фонды меньше, чем другим. Например, территори­ям с опережающим развитием уста­новлен тариф страховых взносов не 22, а шесть процентов от фонда оплаты труда. По закону тарифы в ПФР 26 процентов, но каждый год Прави­тельство продлевает льготный та­риф в 22 процента. Это сразу минус 500 миллиардов рублей в год из ПФР. А ещё тарифы в ТОР, в свободных экономических зонах, для малого бизнеса, для IT-отрасли. Принимая решения о льготах, Правительство автоматически перечисляет сред­ства для возмещения потерь пенси­онной системы»…

У ловких людей масса затей

Эта прямота министра говорит о больших проблемах Пенсионного фонда. Но, судя по небывалой ак­тивности Минфина в продвижении новой системы, старая система его уже мало интересует. И уже под­готовлена её замена — ИПК (систе­ма индивидуального пенсионного капитала). Перестройка, вероятно, затронет не только накопления. Не исключена и замена распредели­тельной пенсии на австралийские достойные «пособия по старости», о которых сказал Владимир Мау. Но вряд ли у России есть деньги на это. Австралийское пособие для че­ловека без стажа и страховых взно­сов значительно «солиднее» нашей средней пенсии, ради которой на­до хорошо поработать лет 30. Ещё важнее пособие подкрепляется па­кетом социальных льгот. Это — бес­платные медицина, лекарства, про­езд на территорию штата. Такого у нас нет и не будет. А будет, скорее всего, полтора-два прожиточных минимума. Повторится та же европейская история — хорошая форма при скудном наполнении.

Более своевременна и значима идея разделить страховую и на­копительную пенсии. Глава Цен­тробанка Эльвира Набиуллина уверена: «ИПК позволяет обеспе­чить среднему классу достойную пенсию, прежняя же система это не позволяла». Об этом она сказала на финансовом форуме Минфина про­шлой осенью. Но давайте уточним, сколько же россиян в этом среднем классе. По данным Финансово­го университета при Правитель­стве РФ и Росстата: 2012-й год — 18 процентов населения, 2013-й — 18, 2014-й — 14, 2015-й — 10, 2016-й — 7, 2017-й — 5. А как быть остальным?

Смотрите так же:  Нотариус в москве до 20 00

Депутаты и сенаторы предложат повышать пенсии работающим пенсионерам по новой методике

Хорошо зарабатывающие и рань­ше имели все возможности копить на свою вторую пенсию. Если ве­рить статистике, более 40 процентов населения участвуют в различных накопительных программах. Общий объём накоплений около четырёх триллионов рублей: в НПФ — 2,1 триллиона, в ВЭБ — 1,8 триллиона, в УПК (управляющих компаниях) — 39 миллиардов. Подавляющая часть этих средств — деньги, изъятые из страховых взносов, которые за 14 лет потеряли из-за инфляции едва ли не половину своей стоимости.

Ещё раз процитируем Макси­ма Топилина. В интервью ТАСС он сравнил НПФ с финансовыми пира­мидами: «За 13 лет формирования пенсионных накоплений НПФ упо­добились финансовым пирамидам, которые не способны работать без постоянных новых влияний. При­чем и работают они с низкой до­ходностью». Тем более странно, что Минфин и Центробанк выстра­ивают свой ИПК на этих фондах. Только они будут иметь право работать с накоплениями россиян. В НПФ должны быть автоматически зачислены по умолчанию все рабо­тающие будущие пенсионеры. Но ес­ли кто-то из них вздумает выйти из системы — пусть пишет заявление. Такая вот демократия или финансо­вая коллективизация. Коммерческие фонды давно мечтали стать монопо­листами на рынке накопительного пенсионного страхования. Неверо­ятными усилиями и ловкостью вы­манивали «молчунов» из ПФР и ВЭБ. И вот мечта, обещающая огромный финансовый капитал, сбывается.

Общий объем накоплений около четырех триллионов рублей: в НПФ — 2,1 триллиона, в ВЭБ — 1,8 триллиона, в УПК (управляющих компаниях) — 39 миллиардов.

В страховании примут участие государство и работодатели. Госу­дарство фактически будет удваивать вносимый взнос за счёт уменьшения НДФЛ, работодатель добавлять ещё половину взноса своего работника. Федеральный бюджет вынужденно пойдет на серьёзные издержки. По расчётам аналитиков «Ведомостей», бюджет может потерять при сегодняшнем количестве участников НПФ (30 миллионов) за два предсто­ящих года 146,2 миллиарда рублей. Если в НПФ вольются и «молчуны» (ещё 20 миллионов человек), то это обойдётся в 243,8 миллиарда рублей. Добавим, что и бюджет ПФР будет терять столько же из-за снижения страховых взносов. Правда, как быть с «молчунами» и их накоплени­ями, ещё не договорились.

Реальны ли планы, подготов­ленные в собственном финансовом круге? Скорее всего, да. К сожа­лению, Минфин и Центробанк не оставляют выбора: или ИПК, или отказ от накопительной пенсии. По мнению Алексея Кудрина, это при­говор действующей системе: «Люди с доходами ниже трёх прожиточных минимумов, имеют средства только на текущее потребление, а таких примерно 60 процентов. В итоге на­копительная система охватит лишь треть россиян». Но он уверен: отказ от неё — стратегический просчёт и большая ошибка. А это касается большинства граждан и обеспечи­вает серьезный объём накоплений. При реорганизации многие из них можно потерять…

Погнались за длинными деньгами — получили длинные проблемы

15 лет назад финансисты Правительства добились изменения пенсионной системы, и немалая часть страховых взносов стала изыматься для формиро­вания так называемых на­копительных пенсий. Хотя экспертное сообщество предупреждало: Боливар не вынесет двоих. С ними не спорили, их просто не слышали. Пока бюджеты (и Пенсионного фонда, и федеральный) не оказа­лись в тупике. Теперь те же финансисты навязы­вают свое видение вы­хода из этого тупика. Как и прежде — весьма со­мнительные… Так считает зампредседателя фракции ЛДПР в Государственной Думе, председатель Коми­тета по труду, социальной политике и делам ветера­нов Ярослав Нилов

В завершение весенней сессии большинство депутатов одо­брили в первом чтении из­менения в законы, регулирующие деятельность негосударственных пенсионных фондов (НПФ). Нов­шества, которые оцениваются как радикальные, предусматривают, помимо прочего, введение допол­нительной постоянной части возна­граждения для НПФ и управляющих компаний (УК), которая не будет зависеть (вдумайтесь в это!) от резуль­татов их деятельности. Если проще, то будущих пенсионеров хотят за­ставить содержать НПФ за счёт сво­их пенсионных накоплений.Фракция ЛДПР проголосова­ла против того, чтобы действитель­ные и мнимые трудности преуспе­вающих финансовых посредников переложили на плечи людей.

В основе системы пенсионного обеспечения — обязательные страховые взносы, выплачиваемые работо­дателем за всех своих сотрудников. После реформы 2002 года ПФР пере­числяет шесть процентов этих взносов, по выбору самих россиян государствен­ным и негосударственным управ­ляющим компаниям и пенсионным фондам, которые вкладывают полу­ченные средства в различные проек­ты, чтобы приумножать накопления инвестиционным доходом. И НПФ, и УК занимаются этим не бескорыст­но. Управляющая компания берёт себе до 10 процентов заработанного дохода, перечисляя оставшийся фон­дам, доля которых — 15 процентов «остатка». То есть четверть прибыли от инвестиций уходит управленцам. Казалось бы, беспроигрышный вари­ант — твори и зарабатывай. Но то ли «творчество» подводит, то ли аппети­ты творцов обгоняют возможности реальной экономики.

Теперь им намерены разрешить брать «плату» с будущих пенсио­неров, деньгами которых они рас­поряжаются. Менеджеры и акцио­неры (сейчас идет акционирование НПФ) не уверены в эффективности вложений доверенных им средств и «стелют себе соломку». По мне­нию авторов законопроекта, это будет способствовать повышению эффективности деятельности субъ­ектов инвестирования. Однако в НПФ (их около 50) скон­центрировано более двух трил­лионов рублей. Всего один процент от них — уже 20 миллиардов! Зато о «соломке» для ветеранов — вла­дельцев накоплений законопроект умалчивает. Так что, скорее всего, дополнительное постоянное возна­граждение — премия Правительства фондам, «пострадавшим» от замо­розки накопительных пенсий.

Для бюджета и пенсионеров (нынешних и будущих) было бы гораздо разумнее и эффективнее, если бы государство напрямую вкладывало бы инвестиции в экономику, а не пускало по заведомо убыточному кругу.

Инфляция съедает накопления

Вот уже третий год нет подпитки страховыми деньгами, хотя преж­ние два триллиона остаются в их распоряжении. А заморозка сама по себе подтверждает изначальную несостоятельность реформы 2002 года. Все 15 лет инвестиционный доход, полученный финансовыми посредниками даже при самой до­рогой нефти, не достигал уровня инфляции. Обсуждая общий убыток НПФ (7 процентов, или 200 милли­ардов рублей), заместитель предсе­дателя Правительства Ольга Голодец резко ответила на сетования по поводу заморозки накоплений: «Ес­ли брать зарплату, с которой про­изводятся отчисления сегодня, то представьте, что это будут за день­ги через 40 лет. Вот какая пенсия, которая ожидает людей, когда-то выбравших накопительную пенси­онную систему»…

Её авторы утверждали, что это единственный способ обеспечить до­стойную старость. Накопления как инвестиции будут зарабатывать на неё, а экономика получит длинные деньги. Результат — инфляция сожгла большую часть накоплений, которые не ускорили, а фактически затормо­зили развитие экономики. Пострада­ли и нынешние пенсионеры — им за­ведомо занизили пенсии, изъяв часть страховых средств. Выиграли только финансовые посредники.

Получается, что лишь ради них и была выстроена схема движения де­нег. Простая и хитроумная. Из ПФР в НПФ уходят страховые взносы. На большую их часть фонды покупают государственные ценные бумаги, то есть дают заём федеральному бюд­жету под 6-8 процентов годовых. Федеральный бюджет направля­ет фактически взятый кредит как трансферт в ПФР, чтобы погасить недостачу для выплаты пенсий. Замкнутая схема с отводом для НПФ. Для бюджета и пенсионеров (нынешних и будущих) было бы го­раздо разумнее и эффективнее, ес­ли бы государство напрямую вкла­дывало бы инвестиции в экономику, а не пускало по заведомо убыточ­ному кругу. Бенефициар его — НПФ. Правда, немало выигрывает и Мин­фин. Он, казалось бы, привлекает дополнительные средства в бюд­жет… Увы, за счёт самого бюджета.

Пенсионные фонды в других странах приобретают государствен­ные ценные бумаги как наименее рискованный способ зарабатывания денег. Хотя уже скорее приобре­тали — сейчас это мало выгодно, и приходится рисковать, участвовать в спекулятивных операциях. Но тут по сравнению с Россией колос­сальная разница — они оперируют деньгами своих участников, а не государственными. Вот почему на­ши НПФ так активно охо­тятся за каждым, кто доверил им свои накопления. Агенты негосудар­ственных фондов прибегают к все­возможным ухищрениям, нередко и подлогу, чтобы добыть заявление в их организацию. Немало россиян не­ожиданно узнали о том, что, соглас­но их «собственному» заявлению, их средства пенсионных накоплений формируются в НПФ. Поток лжезаявлений особенно возрос после того, как стало возможно подавать документы, заверенные электронной подписью по Интернету. В прошлом году сотрудники ПФР признали со­мнительными 5,5 миллиона заявле­ний из 12 миллионов. Подтверждают «подписи» 650 удостоверяющих цен­тров, созданных во всех регионах. Судя по результатам, они не несут ответственности за свои действия.

Поразителен анализ, проведен­ный ВЭБ. В 2016 году россияне потеряли 27 миллиардов рублей, переведя свои накопления из госу­дарственного управления в НПФ. 99 процентов переводов оформлялись как досрочные и теряли инвести­ционный доход. Это обусловлено правовой неграмотностью людей, которой пользуются агенты фон­дов, заработок которых полностью определяется количеством привле­ченных граждан.

Год назад в Госдуму был внесён законопроект об изменении порядка перехода из одного фонда в другой. Вряд ли он будет вынесен на обсуж­дение. Минфин и ЦБ разработали концепцию новой пенсионной ре­формы, предусматривающей заме­ну государственной накопительной системы концепцией индивидуаль­ного персонального капитала (ИПК). Он будет формироваться из добро­вольных взносов работника и соплатежей работодателя и государства.

Келейность недопустима

Министр финансов Антон Силуанов на финансовом форуме министер­ства заявил об изменении формата пенсионных накоплений. Судя по публикациям в прессе, форум одо­брил концепцию, и она передана для рассмотрения в Правительство. Наш комитет в разработке и обсуждении ИПК не участвовал, какой-либо по­яснительной документации не полу­чал. Насколько мне известно, финан­систы обошлись и без участия проф­союзов. Все — как прежде. Минфин и ЦБ сами готовят реформу, сами ее утверждают, скоро, вероятно осе­нью, внесут законопроект в Госдуму. Вновь депутатов будут настойчиво, используя все административные ресурсы, побуждать оперативно при­нять его. И главный довод, опять-та­ки, другой возможности сбалансиро­вать пенсионную систему нет.

Разговор был бы непростым, за­то программу реформирования рос­сияне действительно восприняли бы как государственную. Традици­онные аргументы о необходимости сбалансировать федеральный или пенсионный бюджет только раздра­жают большинство граждан. Они понимают, что бюджет страдает не от излишних запросов пенсионеров, а от непрекращающейся коррупции, расхитителей разных уровней, безо­тветственности, непрофессионализ­ма должностных лиц. Недавно пред­седатель Счетной палаты Татьяна Голикова сообщила: в прошлом го­ду допущено рекордное количество нарушений бюджета и хищений из него.

Пенсионное обеспечение — отра­жение состояния общества. Рефор­мировать его без изменения эконо­мической, финансовой, налоговой политики невозможно. Концепция ИПК показывает, что Минфин и ЦБ стремятся списать неудачи прошлых реформ, заодно и убедить нас в том, что нашли наконец-то чудо-схе­му прекрасной, достойной жизни в старости. При этом авторы системы, сомневаясь в нашей сознательности, намерены автоматически подклю­чить к ней всех россиян. С таким подходом вряд ли можно согласиться.

Ещё одно общее замечание. По ут­верждению Минфина, сегодня транс­ферты ПФР подрывают федераль­ный бюджет. Но софинансирование потребует от него едва ли не больше средств, чем он расходует сейчас. Пострадает и ПФР, потеряв часть страховых взносов от работодателей. Во имя чего? Все, даже разработчики ИПК, не скрывают: от реформы вы­играет только самая обеспеченная часть среднего класса. В России уже действует два вида пенсионного обе­спечения: обязательное страховое и пенсионное для государственных служащих. Теперь будем формиро­вать третье — систему обеспечения среднего класса. Но вполне можно обойтись и без неё, упорядочив сбор страховых взносов и расчёт пенсий граждан с высокой зарплатой.

И последнее. Система ИПК, веро­ятно, лишь первый шаг в реформе пенсионного обеспечения россиян. О последующих мерах уже тоже не­мало сказано. Это повышение воз­раста выхода на пенсию, налоговый маневр 22-22, предусматривающий уменьшение страхового тарифа, повышение НДФЛ. Подобные пред­ложения и планы бьют по самому главному — по доверию к власти и государству.

Author: admin